Современные книги без иллюстраций стали скучными. Веками книжная иллюстрация считалась особым видом изобразительного искусства. Хорошая картинка в книге дополняет её содержание, а не конкурирует с литературными образами. Это хорошо понимал выдающийся американский художник-иллюстратор Ньюэлл Конверс Уайет (Newell Convers Wyeth) (1882-1945), который создал иллюстрации для многих всемирно известных классических произведений: "Том Сойер", "Робинзон Крузо" и с детства любимый приключенческий роман Роберта Льюиса Стивенсона "Остров сокровищ". Вашему вниманию представляю иллюстрации к "Острову сокровищ" издания 1911 года. Иллюстрации сопровождены отрывками из романа. И действительно, хотя одежда у него была плоховата, а речь отличалась грубостью, он не был похож на простого матроса. Скорее его можно было принять за штурмана или шкипера, который привык, чтобы ему подчинялись. Чувствовалось, что он любит давать волю своему кулаку. Человек с тачкой рассказал нам, что незнакомец прибыл вчера у
Современные книги без иллюстраций стали скучными. Веками книжная иллюстрация считалась особым видом изобразительного искусства. Хорошая картинка в книге дополняет её содержание, а не конкурирует с литературными образами.
Это хорошо понимал выдающийся американский художник-иллюстратор Ньюэлл Конверс Уайет (Newell Convers Wyeth) (1882-1945), который создал иллюстрации для многих всемирно известных классических произведений: "Том Сойер", "Робинзон Крузо" и с детства любимый приключенческий роман Роберта Льюиса Стивенсона "Остров сокровищ".
Вашему вниманию представляю иллюстрации к "Острову сокровищ" издания 1911 года. Иллюстрации сопровождены отрывками из романа.
И действительно, хотя одежда у него была плоховата, а речь отличалась грубостью, он не был похож на простого матроса. Скорее его можно было принять за штурмана или шкипера, который привык, чтобы ему подчинялись. Чувствовалось, что он любит давать волю своему кулаку. Человек с тачкой рассказал нам, что незнакомец прибыл вчера утром на почтовых в "Гостиницу короля Георга" и расспрашивал там обо всех постоялых дворах, расположенных поблизости моря. Услышав о нашем трактире, должно быть, хорошие отзывы и узнав, что он стоит на отлёте, капитан решил поселиться у нас. Вот и всё, что удалось нам узнать о своём постояльце.
Потом внезапно раздался страшный взрыв ругательств, стол и скамьи с грохотом опрокинулись на пол, звякнула сталь клинков, кто-то вскрикнул от боли, и через минуту я увидел Чёрного Пса, со всех ног бегущего к двери. Капитан гнался за ним. Их кортики были обнажены. У Чёрного Пса из левого плеча текла кровь. Возле самой двери капитан замахнулся кортиком и хотел нанести убегающему ещё один, самый страшный удар и несомненно разрубил бы ему голову пополам, но кортик зацепился за большую вывеску нашего "Адмирала Бенбоу". На вывеске, внизу, на самой раме, до сих пор можно видеть след от него. На этом битва кончилась. Выскочив на дорогу, Чёрный Пёс, несмотря на свою рану, помчался с такой удивительной скоростью, что через полминуты исчез за холмом. Капитан стоял и смотрел на вывеску как помешанный. Затем несколько раз провёл рукой по глазам и вернулся в дом.
- Не скажет ли какой-нибудь благодетель бедному слепому человеку, потерявшему драгоценное зрение во время храброй защиты своей родины, Англии, да благословит бог короля Георга, в какой местности он находится в настоящее время?
- Вы находитесь возле трактира "Адмирал Бенбоу", в бухте Чёрного Холма, добрый человек, - сказал я.
- Я слышу голос, - прогнусавил старик, - и молодой голос. Дайте мне руку, добрый молодой человек, и проводите меня в этот дом!
Я протянул ему руку, и это ужасное безглазое существо с таким слащавым голосом схватило её, точно клещами. Я так испугался, что хотел убежать. Но слепой притянул меня к себе.
- А теперь, мальчик, - сказал он, - веди меня к капитану.
<...>
- Джонни, Чёрный Пёс, Дэрк... - Он называл и другие имена. - Ведь вы не кинете старого Пью, дорогие товарищи, ведь вы не оставите старого Пью!
Через минуту мы уже ощупью спускались вниз. Свеча осталась у пустого сундука. Я отворил дверь, и мы вышли на дорогу. Нельзя было терять ни минуты. Туман быстро рассеивался. Луна ослепительно озаряла холмы. Только в глубине лощины и у дверей трактира клубилась зыбкая завеса туманной мглы, как бы для того, чтобы скрыть наши первые шаги. Но уже на половине дороги, чуть повыше, у подножия холма, мы должны были неизбежно попасть в полосу лунного света. И это было не всё - вдалеке мы услышали чьи-то быстрые шаги. Мы обернулись и увидели прыгающий и приближающийся огонёк: кто-то нёс фонарь.
- Милый, - вдруг сказала мать, - бери деньги и беги. Я чувствую, что сейчас упаду в обморок...
Конверт был запечатан в нескольких местах. Печатью служил наперсток, который я нашел у капитана в кармане. Доктор осторожно сломал печати, и на стол выпала карта какого-то острова, с широтой и долготой, с обозначением глубин моря возле берегов, с названием холмов, заливов и мысов. Вообще здесь было все, что может понадобиться, чтобы без всякого риска подойти к неведомому острову и бросить якорь. Остров имел девять миль в длину и пять в ширину. Он напоминал жирного дракона, ставшего на дыбы. Мы заметили две гавани, хорошо укрытые от бурь, и холм посередине, названный "Подзорная Труба". На карте было много добавлений, сделанных позже. Резче всего бросались в глаза три крестика, сделанных красными чернилами, - два в северной части острова и один в юго-западной. Возле этого последнего крестика теми же красными чернилами мелким, чётким почерком, совсем не похожим на каракули капитана, было написано: "Главная часть сокровищ здесь".
- Хокинс, - говорил мне Сильвер, - заходи, поболтай с Джоном. Никому я не рад так, как тебе, сынок. Садись и послушай. Вот капитан Флинт... я назвал моего попугая Капитаном Флинтом в честь знаменитого пирата... так вот, Капитан Флинт предсказывает, что наше плавание окончится удачей... Верно, Капитан? И попугай начинал с невероятной быстротой повторять:
- Пиастры! Пиастры! Пиастры!
И повторял до тех пор, пока не выбивался из сил или пока Джон не покрывал его клетку платком.
Так и решили. Надёжным людям мы роздали заряженные пистолеты. Хантера, Джойса и Редрута мы посвятили в наши планы. Узнав обо всём, они не очень удивились и отнеслись к нашему сообщению гораздо спокойнее, чем мы ожидали. Затем капитан вышел на палубу и обратился к команде.
Тем временем капитан - я видел, что у него как-то странно вздулась грудь и карманы были оттопырены, - вытащил оттуда самые разнообразные вещи: британский флаг, Библию, клубок верёвок, перо, чернила, судовой журнал и несколько фунтов табаку. Он отыскал длинный обструганный сосновый шест и с помощью Хантера укрепил его над срубом, на углу. Затем, взобравшись на крышу, он прицепил к шесту и поднял британский флаг. Это, по-видимому, доставило ему большое удовольствие. Потом он спустился и начал перебирать и пересчитывать запасы, словно ничего другого не было на свете.
- Кто вы такой? - спросил я.
- Бен Ганн, - ответил он; голос у него был хриплый, как скрип заржавленного замка. - Я несчастный Бен Ганн. Три года я не разговаривал ни с одним человеком. Это был такой же белый человек, как и я, и черты его лица были, пожалуй, приятны. Только кожа так сильно загорела на солнце, что даже губы у него были чёрные. Светлые глаза с поразительной резкостью выделялись на тёмном лице. Из всех нищих, которых я видел на своём веку, этот был самый оборванный. Одежда его состояла из лохмотьев старого паруса и матросской рубахи. Один лоскут скреплялся с другим либо медной пуговицей, либо прутиком, либо просмоленной паклей. Единственной неизодранной вещью из всего его костюма был кожаный пояс с медной пряжкой.
- Три года! - воскликнул я. - Вы потерпели крушение?
- Нет, приятель, - сказал он. - Меня бросили тут на острове.
Впрочем, времени для размышлений у нас было немного. На севере внезапно раздался громкий крик, и небольшой отряд пиратов, выскочив из лесу, кинулся к частоколу. В то же мгновение нас снова начали обстреливать со всех сторон. В открытую дверь влетела пуля и раздробила мушкет доктора в щепки. Нападающие лезли через частокол, как обезьяны. Сквайр и Грей стреляли снова и снова. Трое свалились - один внутрь, двое наружу. Впрочем, один из них, вероятно, напуган, а не ранен, так как сейчас же вскочил на ноги и скрылся в лесу. Двое лежали на земле, один убежал, четверо благополучно перелезли через частокол. Семеро или восьмеро остальных пиратов, имевших, очевидно, по нескольку мушкетов каждый, непрерывно обстреливали, сидя в чаще, наш дом. Однако обстрел этот не принёс нам никакого вреда.
Я узнал голос второго боцмана, Израэля Хендса, того самого, который некогда был у Флинта канониром. Другой голос принадлежал, без сомнения, моему приятелю в красном колпаке. Оба, судя по голосам, были вдребезги пьяны и продолжали пить. Один из них с пьяным криком открыл кормовой иллюминатор и что-то швырнул в воду - по всей вероятности, пустую бутылку. Впрочем, они не только пили: они бешено ссорились. Ругательства сыпались градом, и иногда мне казалось, что дело доходит до драки. Однако голоса стихали, и ссора прекращалась; потом возникала снова, чтобы через несколько минут прекратиться опять.
Несмотря на свою рану, Хендс двигался удивительно быстро. Седоватые волосы упали на его красное от бешенства и усилий лицо. У меня не было времени доставать свой второй пистолет. Кроме того, я был уверен, что и тот подмочен, как этот. Одно было ясно: мне надо не прямо отступать, а увертываться от Хендса, а то он загонит меня на нос, как недавно загнал на корму. Если это удастся ему, все девять или десять вершков окровавленного кинжала вонзятся в моё тело. Я обхватил руками грот-мачту, которая была достаточно толста, и ждал, напрягая каждый мускул. Увидев, что я собираюсь увертываться, Хендс остановился. Несколько секунд он притворялся, что сейчас кинется на меня то справа, то слева. И я чуть-чуть поворачивался то влево, то вправо. Борьба была похожа на игру, в которую я столько раз играл дома среди скал близ бухты Чёрного Холма. Но, конечно, во время игры у меня сердце никогда не стучало так дико. И всё же легче было играть в эту игру мальчишке, чем старому моряку с глубокой раной в бедре. Я несколько осмелел и стал даже раздумывать, чем кончится наша игра. "Конечно, - думал я, - я могу продержаться долго, но рано или поздно он всё же прикончит меня..."
- Довольно болтать, Джон Сильвер, - сказал он. - Команда, собравшись на сходку, как велит обычай джентльменов удачи, вынесла решение послать тебе чёрную метку. Переверни её, как велит наш обычай, и прочти, что на ней написано. Тогда ты заговоришь по-иному.
Мы представляли довольно странное зрелище - все в измазанных матросских куртках, все, кроме меня, вооружённые до самых зубов. Сильвер тащил два ружья: одно на спине, другое на груди. К поясу его пристёгнут был кортик. В каждый карман своего широкополого кафтана он сунул по пистолету. В довершение всего на плече у него сидел Капитан Флинт, без умолку и без всякой связи выкрикивавший разные морские словечки. Вокруг моей поясницы обвязали верёвку, и я послушно поплелся за поваром. Он держал конец верёвки то свободной рукой, то могучими зубами. Меня вели, как дрессированного медведя.
Мы вошли в пещеру. Она была просторна и полна свежего воздуха. Из-под земли пробивался источник чистейшей воды и втекал в небольшое озеро, окаймлённое густыми папоротниками. Пол был песчаный. Перед пылающим костром лежал капитан Смоллетт. А в дальнем углу тускло сияла громадная груда золотых монет и слитков. Это были сокровища Флинта - те самые, ради которых мы проделали такой длинный, утомительный путь, ради которых погибли семнадцать человек из экипажа "Испаньолы". А скольких человеческих жизней, скольких страданий и крови стоило собрать эти богатства! Сколько было потоплено славных судов, сколько замучено храбрых людей, которых заставляли с завязанными глазами идти по доске! Какая пальба из орудий, сколько лжи и жестокости! На острове все еще находились трое - Сильвер, старый Морган и Бен, - которые некогда принимали участие во всех этих ужасных злодействах и теперь тщетно надеялись получить свою долю богатства.
Благодарю за прочтение и просмотр!
Другие публикации канала
#литература #иллюстрации #художник-иллюстратор #приключенческий роман #остров сокровищ #пираты #сильвер #флинт #краткое содержание книг #джим