Личность отца кардинала Ришелье весьма примечательна. Однако, как это часто бывает со знаменитостями, они покрывают тенью своей славы ближайших родственников, достойных упоминания в летописях музы Клио. Подобная история случилась и с родителем кардинала Ришелье. Ведь советник Людовика XIII оставил в истории Франции и в мировой истории такой заметный и противоречивый след, что когда в ноябре 1985 г. отмечали 400-летие со дня рождения Ришелье и 350-летие основанной им Французской академии, тогдашний президент страны Франсуа Миттеран почёл за лучшее из всего спектра деятельности великого кардинала упомянуть только один – его вклад в культуру. Вопросы политики, дипломатии и религии решили не вспоминать. Как говорится, «не буди лихо…» Другими словами, Арман Жан дю Плесси оказался для современников и потомков настолько неоднозначной фигурой, что споры о нём не утихают и до сегодняшнего дня. Какой уж тут родитель, кто о нём знает и помнит, кроме специалистов? А между тем, в описываемую эпоху,