Разочаровавшийся в Гитлере фельдмаршал выбрал почетную смерть.
Среди многих сражавшихся по разные стороны фронтов Второй мировой войны полководцев историки обращают особое внимание на немецкого фельдмаршала Эрвина Роммеля. Он верно служил Германии и пользовался особым доверием Гитлера, но под конец жизни разочаровался в фюрере.
Восхождение Роммеля начиналось на полях Первой мировой войны, после окончания которой офицер остался на военной службе. Он быстро дослужился до командира пехотного полка, потом преподавал в военных училищах. Свой боевой опыт он обобщил в книге «Пехота наступает», ставшей весьма популярной. На нее обратил внимание и пришедший к власти Гитлер. Роммель возглавил батальон охраны фюрера. А уже в звании генерал-майора он, командир 7-й танковой дивизии вермахта, блестяще провел кампанию по молниеносному разгрому Франции.
Лис пустыни
В начале 1941 года Гитлеру пришлось выступить в роли спасителя своего союзника Муссолини, армия которого, воевавшая в Северной Африке против англичан, была на грани разгрома. Спасать положение фюрер отправил Роммеля, назначив его командующим Африканским корпусом. Чтобы переломить ситуацию, необходимы были силы, переброска которых требовала времени, а его-то у немцев уже не оставалось - действовать надо было незамедлительно. И здесь Роммель продемонстрировал свой талант стратега.
Различными уловками он создал у противника впечатление, что активные боевые действия прекращены. Англичане «клюнули» и начали перегруппировку войск, переместив свои наиболее боеспособные части на другие участки фронта. Многие британские офицеры, включая командующего армией «Нил», получили отпуска. А Роммель, не дожидаясь подкрепления, внезапно перешел в наступление. Удар оказался столь успешным, что британцы были отброшены на сотни миль. Опомнившиеся британцы превосходящими силами начали контрнаступление, и Роммелю пришлось отступить, избежав при этом окружения. Именно после этих глубоко продуманных маневров за генералом закрепляется прозвище «Лис пустыни». В те дни Уинстон Черчилль говорил о Роммеле: «Мы имеем перед собой весьма опытного и храброго противника и, должен признаться, великого полководца». Его имя стало наводить на англичан такой страх, что главнокомандующий британскими силами издал приказ, запрещающий упоминать его имя в войсках.
А в собственной армии полководец пользовался непререкаемым авторитетом и искренней любовью солдат. В январе 1942 года Роммель получил звание генерал-полковника, а в июне весьма ограниченные силы немцев под его командованием штурмом взяли Тобрук - главный оплот англичан в Африке. За это Роммель получил звание генерал-фельдмаршала, что стало апогеем его военной карьеры. Тесня англичан, его армия приблизилась к Нилу, но силы ее уже были на исходе. Роммель попросил у Гитлера подкреплений и боеприпасов, но получил отказ: фюрер был поглощен проблемами на Восточном фронте. Пользуясь этим, англичане спешно перебросили под Эль-Аламейн свежие войска, к ним поступила и новая американская техника. Союзники явно готовили масштабное наступление.
Возможно, Лис пустыни сумел бы выкрутиться и на этот раз, но его, тяжело больного, срочно вывезли на лечение в Германию. С началом наступления англичан Роммеля прямо из госпиталя возвратили в Африку, но он уже не мог ничего изменить - немецкие войска были разбиты под Эль-Аламейном наголову. В марте 1943 года Роммель обратился к Гитлеру, уговаривая его отдать приказ об эвакуации оставшихся немецких частей из Африки. Он был уверен, что спасти кампанию уже невозможно, надо спасать людей. Но Гитлер после Сталинграда не желал и слышать о новом отступлении.
Больше не кумир
Вероятно, с этого момента у Роммеля возникло сомнение в гениальности фюрера. Сомнения фельдмаршала укрепились и страшными известиями, приходившими с Восточного фронта, где война велась методами, по понятиям Роммеля, абсолютно неприемлемыми. При встрече с генералом Йоханнесом Бласковицем, назначенным в 1939 году командующим оккупационными войсками в Польше, тот познакомил Роммеля с «методами ведения войны» против поляков и русских. Генерал оказался свидетелем проводившейся СС операции «Танненберг», в ходе которой были без суда казнены десятки тысяч представителей польской интеллигенции. Тогда Бласковиц направил в Берлин письменный протест, на котором вскоре прочел резолюцию Гитлера: «Методами Армии Спасения войну не ведут».
Роммель узнал, что группа офицеров из воевавших в Белоруссии частей умоляла фельдмаршала Федора фон Бока остановить «оргию казней», осуществляемую СС. Когда Бок попытался вызвать к себе эсэсовского командира, генеральный комиссар Белоруссии Вильгельм Кубе заявил ему, что он бессилен что-либо изменить, так как Гитлер предоставил эсэсовцам полную свободу действий.
После возвращения из Африки Роммель возглавил операцию в Северной Италии, где лично столкнулся с реалиями оккупационной политики. В районе озера Лаго-Маджоре эсэсовцы захватили и расстреляли более 50 евреев. Фельдмаршал потребовал назначить следственную комиссию, но дивизия СС, чьи солдаты совершили это преступление, возвратилась на Восточный фронт. Теперь, узнав многое, Роммель пришел в ужас от того, что творили нацисты от имени немецкого народа. «Я всегда вел чистую войну», - говорил фельдмаршал. Когда Гитлер издал приказ, требующий за каждого убитого на оккупированной территории немца расстреливать 12 заложников, Роммель стал одним из немногих командующих армией, отправивших этот приказ в корзину.
А пока фельдмаршал был отправлен во Францию для руководства противодесантной обороной.
Роммель, отчетливо понимая неизбежность вторжения, вновь с головой ушел в работу. Однако, изучив обстановку на месте, он быстро убедился, что имеющимися силами сдержать масштабное вторжение западных союзников невозможно. В апреле 1944 года он откровенно обсуждал с генералом Карлом фон Штюльпнагелем (участником немецкого Сопротивления), как можно закончить войну на западе и свергнуть нацистский режим. В надежде добиться более выгодных, чем безоговорочная капитуляция условий, Роммель хотел, минуя Гитлера, предложить командующим западными армиями, Эйзенхауэру и Монтгомери, перемирие, предусматривающее отступление немцев за Западный вал. Взамен он собирался потребовать прекращения бомбардировок немецких городов. На востоке предполагалось продолжать борьбу под лозунгом «защита западной цивилизации», остановив фронт по линии Львов - Мемель. Гитлера, как считал Роммель, следует арестовать и предать суду. Но никаких казней, чтобы не делать из него мученика.
Ответ на ультиматум
15 июля 1944 года, через полтора месяца после высадки в Нормандии союзных войск, Роммель направил Гитлеру выдержанное в ультимативной форме послание, где настаивал на переговорах о перемирии. Ответа он не дождался. Вечером 17 июля автомобиль Роммеля был атакован двумя британскими самолетами. Фельдмаршал был тяжело ранен в голову, врачи сомневались, что он выживет. Атака эта выглядела довольно странно, тем более что в архивах английских ВВС о ней не упоминается. А еще через три дня состоялось неудавшееся покушение на фюрера. Несомненно, Роммель был посвящен в подготовку заговора. Но 20 июля и два последующих месяца он провел в госпитале, а затем завершал лечение в домашних условиях.
14 октября на его виллу вблизи Ульма прибыли генералы Вильгельм Бургдорф и Эрнст Майзель. Вначале в присутствии жены и сына фельдмаршала они поговорили о чудной осенней погоде и быстром выздоровлении Роммеля. Затем продолжили разговор с ним тет-а-тет. Примерно через час фельдмаршал вошел в комнату жены и будто рассеянно произнес: «Через четверть часа я умру» - и объяснил, что кто-то из участников заговора 20 июля выдал его имя. Теперь Гитлер поставил его перед выбором: либо самоубийство, либо он будет предан «Народному суду», приговор которого не вызывал сомнений.
При этом преследованиям подвергнется и семья фельдмаршала. Бургдорф пояснил Роммелю: по пути в Ульм ему дадут яд, смерть настанет в течение трех секунд. А страна узнает, что «фельдмаршал внезапно скончался от ран, полученных 1 7 июля». Об этих деталях Роммель успел сообщить своему адъютанту, после чего, взяв маршальский жезл, сел в автомобиль, где его ждали посланцы Гитлера. Примерно в 14 часов его тело было доставлено в госпиталь Ульма. Через четыре дня фельдмаршал Эрвин Роммель был похоронен как национальный герой. Гитлер решил скрыть от народа, что его самый популярный военачальник участвовал в заговоре.