За пересказ политических анекдотов в СССР можно было поплатиться свободой или даже жизнью. Однако сам автор шуток про Сталина – журналист Карл Радек (Копель Собельсон) – до поры до времени избегал репрессий. Правда, в конце концов его судьба оказалась не менее трагичной, чем у других «шутников».
Всесоюзный «Ходжа Насреддин»
В начале XX века Карл Радек был известным деятелем социал-демократического движения в Австро-Венгрии и Германии. После Октябрьской революции он перебрался в Россию, работал по линии Коминтерна. После смерти Ленина Радек поддержал Троцкого, за что его исключили из большевистской партии в 1927 году. Членство в ВКБ(б) было восстановлено в 1930 году – для этого Радеку пришлось написать несколько «покаянных» писем. В 30-х годах он работал заведующим бюро международной информации ЦК и был в курсе всех важнейших политических событий.
Ещё живя за границей, журналист славился своим умением пошутить. Даже псевдоним Радек взял в честь юмористического персонажа австрийских газет. В СССР его сравнивали с Ходжой Насреддином – весельчаком-балагуром из фольклора Средней Азии. В действительности Радек продолжал скорее традиции еврейского юмора. Ему, например, принадлежит известная фраза «Моисей вывел евреев из Египта, а Сталин – из Политбюро». Именно «отец народов» являлся объектом большинства шуток и анекдотов, приписываемых Радеку.
«С товарищем Сталиным сложно спорить, — утверждал Радек, — Ты ему цитату, он тебе – ссылку».
Партийный деятель имел в виду эпизод собственной биографии – вынужденное пребывание в Красноярске в 1927-1930 годах. Радек рассказывал антисоветские анекдоты при личных встречах, во время официальных мероприятий, в гостях. В обществе эти шутки распространялись «сверху вниз» — от коммунистической номенклатуры до простого народа. И то, что сходило с рук самому Радеку, могло «подвести под статью» рабочего или крестьянина. Немалая часть каламбуров Радека зафиксирована в отчётах НКВД. Однако перед лицом самого Сталина Карл Радек отпускать остроты не решался. Напротив, он всячески стремился угодить диктатору.
«Сталин долго к нему хорошо относился за его бесстыдную, но скользкую лесть», - писал о Радеке драматург Александр Гладков.
Опала и гибель
Радека арестовали вовсе не за анекдоты. В 1936 году он был обвинён в участии в «Параллельном антисоветском троцкистском центре». «Ходжа Насреддин» даже на суде посмеивался над своими подельниками. То, в чем он признавался, звучало так нелепо, что некоторые обыватели даже полагали, что вместо Радека в суд пришёл загримированный актёр. Возможно, что так он скрыто высмеивал сталинистов. Радеку назначили весьма мягкое наказание – 10 лет лишения свободы, однако из них он отбыл лишь 3 года.
19 мая 1939 года бывший секретарь исполкома Коминтерна погиб в Верхнеуральском изоляторе от рук других заключённых. Согласно отчёту администрации, Радека сильно ударили головой об пол. Официально виновным был «троцкист Варежников», который якобы напал на Радека и пытался его задушить. В 1956 году КГБ начало расследование обстоятельств гибели социал-демократа. Выяснилось, что ликвидировать Радека Лаврентию Берии приказал лично Сталин. Из материалов комиссии Николая Шверника следует, что в Верхнеуральск приехал оперуполномоченный НКВД Петр Кубаткин. Под его руководством в камеру внедрили уголовника Мартынова, но тот, спровоцировав драку, убить Радека не смог.
Операция удалась лишь со второго раза, причём по тому же сценарию. Роль «троцкиста Варежникова» исполнил бывший комендант НКВД Чечено-Ингушетии Иван Степанов. Ликвидация Радека стала для него пропуском на свободу – убийцу выпустили из тюрьмы уже в ноябре 1939 года с официальной формулировкой «за выполнение специального задания». Впоследствии Степанов служил в СМЕРШе. Петр Кубаткин же вскоре получил заметное повышение в должности, возглавив Управление НКВД по Московской области.
Карла Радека посмертно реабилитировали и восстановили в коммунистической партии лишь в конце 1980-х годов – как раз в то время, когда в стране начали активно печататься некогда сочинённые им политические анекдоты.