Сегодня расскажу две истории о том, как слово вылечило маленькую девочку от неприятной болезни, с которой не справлялись врачи, и вернуло к жизни взрослую женщину, у которой не было ни сил, ни желания жить.
Я уже писала о врачах, исцеляющих словом, и о мамах, ранящих собственных детей в сердцах сказанным словом… (смотрите мои публикации «Про «психбольницу» и врачей, исцеляющих словом», «Сколько стоят кеды?», «Чтобы дочка лучше училась, мама била ее головой об стенку.»
К слову у меня самое трепетное отношение, наверное, потому что часто повторяю: «…ежели согрешил словом, делом или помышлением, прости ми…»
В христианской религии «слово, дело и мысль» одинаково значимы… Да что я вам рассказываю, вам, читавшим: «И сказал Бог: да будет свет. И стал свет»!
Вот первая история, она случилась в маленьком городке на Северном Урале в 1957 году. Девочке было пять лет, и уже очень давно ее мучила неприятная болезнь: на глазах появлялись «ячмени» - маленькие нарывчики на веках, иногда их было по нескольку штук сразу.
Их лечили самыми разными средствами. Мама работала в больнице и свято верила в силу медицины. Мази менялись, промывания специальными растворами, прикладывались какие-то тампоны с лекарством, таблетки и витамины сменяли друг друга, а «ячмени» не проходили… Мучительно, неприятно, некрасиво…
Неподалеку жила одна женщина, которая работала в каком-то учреждении, модно и нарядно одевалась, была совсем не старая и веселая. Однажды она остановила девчушку на улице и сказала: «Завтра, как проснешься, ни с кем не разговаривай и приходи ко мне. Надоело мне смотреть на твои «ячмени» - я тебя вылечу».
Почему-то девочка тете Маше сразу поверила. Утром выскользнула из дома и пошла к ней, поскреблась в двери. Тетя Маша крепко взяла за руку и повела за сарай. Там прижала девочку к стенке и начала говорить какие-то непонятные, но удивительно складные слова, похожие на стихи, она очень строго смотрела девочке в глаза, совсем не улыбалась и говорили-говорила… Потом замолчала. Как-то встряхнула девочку и засмеялась: «Домой иди, кончились твои страдания, не будет больше «ячменей. Никогда!»
И как-то очень быстро глазки очистились, ресницы новые выросли, и больше НИКОГДА за всю мою долгую жизнь не было ни одного «ячменя»! Мамины коллеги радовались, что мази и примочки наконец помогли, но я – то знала, что помогли тети Машины непонятные стихи! Мама просила вспомнить хоть какое-нибудь слово из этого «заговора», но я не могла… Когда стала взрослой, часто об этом вспоминала, особенно если видела детей с таким же неприятным недугом…
Знать бы эти слова! А может, говорить их должен кто-то особенный? Но тетя Маша была такая обыкновенная… Или только казалась обыкновенной? Одно я запомнила на всю жизнь: словом можно спасти…
А вот и вторая история, которая оставила после себя те же вопросы. В нулевые годы многим людям пришлось работать, где придется, и часто не по специальности. Одна моя коллега оказалась в магазине, нужно было кормить детей, а она осталась без работы и без средств к существованию...
Очень трудно пришлось ей в то время: долгие судебные тяжбы с бывшим мужем, пожелавшим отнять все, что у нее было, мечтавшим увидеть ее «на паперти с протянутой рукой». В магазине работа была тяжелая: нужно было таскать ящики и коробки с товаром, мешки с удобрениями и землей. На работу приходилось ездить с четырьмя пересадками, а «новая жена» требовала отнять жилье…
Бывший муж стал шантажировать, угрожая увезти и спрятать ребенка, чтобы «никогда не нашла», если не отдаст все имущество… В общем, обыкновенная история… В судах каждый день такие истории разбирают…
Женщина соглашалась на все, лишь бы ребенка не трогали, да и какая мать поступила бы иначе?
Ей все сотрудники сочувствовали, старались чем-то помочь. А женщина как-то потеряла силы, уже не могла коробки и ящики таскать, есть совсем перестала: «кусок в горло не шел», на спине - словно плита каменная, даже разговаривать стало трудно…
В магазине в то время работала совсем молодая женщина Оксана, ловкая, быстрая, за словом в карман не лезла и умела так «отбрить» любого, что с ней предпочитали не связываться.
Но именно она и решила вмешаться. Рассказала, что к ней из деревни приехала на недельку погостить свекровь, которая «много чего может», и потащила женщину к себе домой знакомиться со свекровью… В обеденный перерыв они и пошли. «Зачем я туда иду?»- спрашивала себя женщина.
Дверь открыла такая обыкновенная старушка в платочке, на Оксану даже не посмотрела, а женщину обняла, в глаза посмотрела внимательно и проговорила: «Глазки-то у тебя не зломысленные…». Потом увела в маленькую комнатку, где велела, не предложила, а именно велела, снять платье и лечь на пол на половичок. Такой домотканый, полосатенький. И женщина легла на пол. Была в голове мыслиночка: «На пол- то зачем? Диванчик вон стоит»…
Старушка так напевно начала говорить, сидя на полу, говорила, говорила, словно молитву читала. Поминала Богородицу, потом словно сказку или былину какую-то приговаривала, потом веник взяла. Обыкновенный веник, и стала вокруг женщины «подметать», словно что-то невидимое отгонять …Потом еще что-то говорила, но голос был усталый такой, слова шли медленно… И вдруг сказала: «И слава Богу! Теперь полегче тебе будет, но завтра опять ко мне приходи.»
Встала. Оделась. И поняла, что та огромная каменная плита, которая столько времени пригибала к земле и не давала вздохнуть полной грудью, эта плита куда-то исчезла! Нет ее!
Оксана о чем-то пошепталась со свекровью и сказала, что на работе все нормально, а лучше пойти домой и отдохнуть, но завтра обязательно надо еще сюда прийти.
Да с удовольствием! Приду и гостинцев принесу! А может, денежек надо дать? Женщина привыкла за все платить и врачам, и воспитателям в детском саду… Оксана даже испугалась: «Нельзя никаких денег! За такое деньги брать нельзя!»
В этот день у женщины словно глаза открылись, серый мир стал обретать краски, даже захотелось чего-нибудь съесть… Чувство благодарности затопило сердце, и она купила целую сумку сладких гостинцев, хоть каждая копейка была на счету. Жизнь, кажется, продолжалась, стало можно дышать полной грудью и ходить быстрым шагом.
Она не думала о том, что слова старушки были какие-то непонятные, что половичок, возможно, был не очень чистый, и веник, которым ей обметали голову, тоже… Мысли были какие-то спокойные, неспешные…
На следующий день Оксана купила новый веник, потому что старый свекровь сожгла… Опять пошли. Отдали старушке пакет с гостинцами, но она смотрела строго и «разговоры разговаривать» не стала. А опять увела в комнатку, и все повторилось…
И стало совсем легко, и не страшно! В конце уже каким-то обычным старушечьим голосом сказала: «Не боись, не смогут они». Уходя, женщина заметила, хоть мысли ее уже были очень далеко, что старушка вышла из дома и прижалась всем телом к стволу самого обыкновенного дерева. Мелькнула и тут же пропала мысль: «Что это она?»
А потом, словно и не было ничего: работала тяжело, мчалась домой к ребенку, и сил хватало, чтобы с ним книжку почитать, и о завтрашнем дне подумать… А вот эти ОНИ и вправду не смогли ничего ей плохого сделать.
И дела пошли в гору. А потом и к профессии своей смогла вернуться, и по сей день живет, хоть трудно, но вполне счастливо!
Много лет прошло, не встречалась больше с Оксаной и ее старенькой свекровью, историю эту не забыла, но и никому не рассказывала. Скажут: «Мракобесие какое-то, шаманство, колдовство», - или не поверят…
И пусть считают сказкой! Какая разница! Для меня это еще одно подтверждение великой силы слова!
В школе мы постоянно сталкиваемся с тем, что одно, сказанное учителем слово, может «окрылить и воодушевить» ученика или, наоборот, «обрезать крылья». Впрочем, это уже совсем другая история! Об этом еще напишу…