Лучше, чем мяукающий и ухаживающий симулякр
женщины - я снова несу чушь. Прощай. Я полагаю, что я не могу быть схвачен
и заключен в тюрьму до того дня, когда будет упомянуто мое имя. Я
уехал из Лондона. Это письмо и я покинули сцену разными путями - я
бы хотел, чтобы они были одним целым. Мой возлюбленный! У меня болит... Я думаю, что обижаю
тебя. Я не хозяйка себе и поступаю так, как диктует что-то внутри меня, более мудрое,
чем я сама.-- Ты будешь писать по-доброму. Напиши от всего сердца. Это
я хочу не сострадания, я хочу тебя. Я могу терпеть удары от тебя. Позволь мне
услышать голос Эммы - настоящий голос. Это бегство заслуживает ваших
упреков. Это будет выглядеть как... Мне нужно еще кое в чем признаться: тигрица во
мне хотела бы, чтобы это было так! Тогда у меня должна была бы возникнуть безрассудная страсть, которая охватила бы меня
, и слава адская, если вы так это назовете, и так оно и было бы - страдания за кого-то другого и с кем-то другим. Как бы то ни было, я совершенно
одинок, не поддерживаемый ни сверху, ни снизу, кроме как внутри себя,
и это все огонь и дым, как их новые двигатели.-- Я целую это
жалкий листок бумаги. Да, я сужу, что я сбился с линии - и
какой линии! который едва ли показывает след для того, чтобы дышащие существа следовали за ним,
пока они не почувствуют нарушение в крушении. Как безмерно природа, кажется,
предпочитает мужчин женщинам!-- Но эта газета счастливее писателя.
