Ее карандаш снова скользил по бумаге, выводя тонкие черты благородного лица. Олеся и сама не знала, когда оно стало для нее самым родным. Мир двадцатисемилетней Олеси вполне умещался в ее скромной "однушке" на пятом этаже старого кирпичного дома. Любимый зеленый диван, купленный по случаю на распродаже, огромный фикус в кадке, найденной на даче у бабушки, картины, подаренные друзьями-художниками, большая ярко-красная керамическая кружка... Олеся тоже была художником. Правда, выполняла случайные заказы и не думала о постоянной работе: не потому, что ленилась, просто слишком любила поздно вставать, неторопливо завтракать, наслаждаясь свободой. Ее тетка, носившая эстетское имя Эльза, занималась организацией выставок. Она была Олесиной совестью: от Эльзы не было спасенья, когда она заводила свое: "Деточка, у тебя талант, а ты его губишь. Займись портретами! Ты хоть что-нибудь написала за последние дни?! Я договорилась со знакомым галеристом, он готов посмотреть твои работы. Ты слышишь меня