Я ходил на рынок в Анджанпелло сентябрьский армахал; чудесно бледный и спокойный небо загорелось, пожелтевший, тихий, как могила был городом Тапиола. Когда я стоял высоко на холме на дальний берег, когда долина улыбается, кричащие пастухи; поэтому я пошел в Анджанпельто С золотом Хямеэнлинна Тейл. Я наконец выдержал рев рынка: арфы и кантеле. Мальчик коричневый из Германии звучала арфа, жена конюшня на берегу Ботнического залива мягко проиграл жалобу.
Я ходил на рынок в Анджанпелло
сентябрьский армахал;
чудесно бледный и спокойный
небо загорелось,
пожелтевший, тихий, как могила
был городом Тапиола.
Когда я стоял высоко на холме
на дальний берег,
когда долина улыбается,
кричащие пастухи;
поэтому я пошел в Анджанпельто
С золотом Хямеэнлинна Тейл.
Я наконец выдержал рев рынка:
арфы и кантеле.
Мальчик коричневый из Германии
звучала арфа,
жена конюшня на берегу Ботнического залива
мягко проиграл жалобу.