Домой добрались поздним вечером. Пока Татьяна Степановна хлопотала на кухне с ужином, Дмитрий с интересом изучал трех-комнатную квартиру Ольгиных родителей. Хотелось бы очутиться здесь при других обстоятельствах, тогда Ольга рассказала бы многое, показала свои любимые места, и может быть, поведала некоторые тайны.
Квартира была чистенькой, скромно обставленной. Во всем видна была рука заботливой хозяйки. Даже пахло как-то по-особенному, цветочным ароматом. Цветов было много, самых разных.
На старинном комоде, видимо, доставшемуся в наследство от бабушек и дедушек, стояла фотография в рамочке. Две очаровательных девчушки. Старшей лет двенадцать-тринадцать, пышная челка и смешные косички, но такие серьезные и проницательные глаза. Младшая - само очарование в пять-шесть лет, заразительная улыбка и большой бант.
- Это Марина?
- Да. Чертенок. – Андрей Петрович остановился рядом и взял в руки фотографию. – Здесь ей пять, а Оле двенадцать. В то лето мы гостили у друзей на Байкале. Маринку из воды вытащить нельзя было, а потом было воспаление легких. Еле выходили.
- Где она сейчас?
- А Ольга разве не говорила? – Андрей Петрович поставил фотографию на место и жестом предложил сесть. – Ах, да. Мы же не успели Оле ничего сказать. По телефону говорить не стали, думали при встрече все расскажем. Она пропала три года назад.
- Как пропала? Она разве не с вами жила?
- Она у нас самостоятельная, чересчур. На первой курсе сняла с подружкой квартиру. Где-то подрабатывала, чтобы самой платить за нее. После того, как Оля перебралась в Москву, Маринка уехала на стажировку, куда-то заграницу. И пропала. Мы чуть с ума не сошли. Таня в больницу попала. Ольга ее в Москву лечится забирала. Через месяц наша потеря позвонила. Мол, все в порядке, жива-здорова, подробности письмом. Мы уже спать перестали. Думали в бордель, какой попала, или гарем. Сейчас такое каждый день происходит.
Дмитрий участливо посмотрел на него. Андрей Петрович продолжал.
- Письма пришлось ждать два года. Оказывается, она здесь познакомилась с парнем. Он политех заканчивал. Сам он из Черногории. Там у него семья, родители. Он предложил Маринке приехать к ним, на стажировку. Она и поехала. А там замуж вышла. Сын родился. Так что теперь у меня четверо внуков. Вот такие дела. Через месяц приезжают в гости. Приедет блудная дочь, займусь воспитательной работой. Чтоб о родителях почаще вспоминала.
Дмитрий задумался.
«Какая странная жизнь. У каждого своя судьба. Но родители остаются родителями. Кстати о родителях, нужно маме позвонить, узнать как у них с Ниной дела».
Он достал из кармана телефон, и Андрей Петрович, чтобы не мешать, ушел на кухню.
Через пару минут, и Дмитрий пришел на кухню.
- Все готово. Садитесь ужинать. – Татьяна Степановна расставляла приборы на столе.
- Спасибо. Вам привет от мамы. У них все хорошо. С Ниной все в порядке.
- Ну, и, слава Богу. Кушайте, а то все остынет. Я постелю вам. Все устали за день. А утром поедем в больницу.
Дмитрий кивнул в знак согласия и неторопливо принялся за пищу. День был тяжелым, да и есть, особенно не хотелось. Но больше того не хотелось обижать Татьяну Степановну.
Дмитрию постелили на диване в Маринкиной комнате. На стене по-прежнему висел постер с его фото.
«Не самый лучший кадр фотосессии. Но почему-то самый растиражированный. Значит, таким меня себе представляла Ольга до нашей встречи. Интересно, что она обо мне знала тогда? Если учесть тот хаос в моей жизни, что был до встречи с ней, то ничего хорошего. Черт с ним, с прошлым, лишь бы она выжила, лишь с ней было все в порядке»!
Дмитрию вспомнился тот дождливый день, когда она выписывалась из больницы после комы. Ее бледное лицо и круги под глазами, которые не смогли скрыть даже солнцезащитные очки. Исхудавшая фигура и два с половиной месяца ожидания этого дня. Перед глазами стояла картина ее больничной палаты с пустой кроватью и ужас, застывший в горле.
На глазах Дмитрий выступили слезы. Он тряхнул головой, чтобы избавиться от них.
« Нельзя сдаваться. Надо верить. Верить и ждать. Она должна знать, что я здесь. Это придаст ей сил. Она сильная. Она выдержит это испытание. И тогда мы всегда будем вместе. Я сдержу обещание».
Дмитрий заснул только на рассвете, в эту ночь он принял трудное решение.