Highway 61 Revisited и Bringing It All Back Home (ссылки в конце статьи), о которых мы говорили в предыдущих частях истории о Великой трилогии стали разделительной чертой в дискографии Боба Дилана и дальнейшая траектория его творческого движения была неясной.
Можно было, используя успешную формулу последнего альбома, работать на ниве скрещивания рока с поэзией. Но похоже что Боб считал этот этап законченным, а новый ещё не начавшимся, поэтому начавшиеся в январе 1966 года сессии звукозаписи с The Hawks в Нью-Йорке шли очень туго. Дилан был недоволен звуком, был недоволен музыкантами, измотан и раздражён.
Единственной песней, которая осталась от тех сессий стала (Sooner Or Later) One Of Us Must Know, она же вышла первым синглом 14.02.1966 г.
Тогда за дело взялся продюсер Боб Джонсон и организовал Дилану посещение студии в Нэшвилле, штате, который был максимально далёк от музыкальных трендов.
Было решено попытаться поработать в столице кантри. Из музыкантов The Hawks к работе были допущены только Робби Робертсон и Эл Купер. Остальные были наёмниками из Нэшвилла, а именно: гитаристы Уэйн Мосс и Джерри Кеннеди, уже знакомый нам мультиинструменталист Чарли Маккой, бас-гитарист Джо Саус, барабанщик Кенни Баттери и слепой пианист Харгус Пиг Роббинс.
Кенни Баттери:
Скажу честно, мне показалось, что этот парень (прим. – Дилан) был под кайфом, и по правде говоря мы просто подшучивали над ним.
Подход Дилана к работе был непривычен для нанятых музыкантов, которые приходили в студию как на завод, дабы отработать восьмичасовую смену. Дилан же мог вообще не появляться в студии или запираться в себе сочиняя песни, пока остальные часами просиживали без дела (без дела, но не без денег, потому что почасовой оклад они получали стабильно).
Эл Купер:
Они прохлаждались порядка десяти часов, пока Дилан писал песни. Но никто и не подумал жаловаться, вздыхать и ныть. Так уж было принято в Нашвилле — могло случиться все, что угодно, и люди относились к этому нормально. Характер у этих парней был то что надо — это были самые спокойные и невозмутимые музыканты, с которыми мне довелось работать.
Поначалу Купер и Робертсон не сработались с коллегами из Нэшвилла, но после всё срослось. Для каждого из музыкантов совместная работа была стимулом работать лучше, чтобы твоя игра понравилась другим участникам записи.
Несмотря на то, что работа велась между турне в феврале и марте Дилану удалось получить искомое, тот самый звук, «тонкий, дикий ртутный звук», который был максимально похож на игравший в голове автора.
Ознакомиться с ртутным звуком в полном объёме слушатели смогли 20 июня 1966 года, когда Blonde On Blonde, знаменуемый первым в истории рок-музыки двойным альбомом (в этом вопросе с ним конкурирует Freak Out! Фрэнка Заппы, котором вы можете прочесть здесь: Frank Zappa. Маргинал от рок-н-ролла), попал на полки магазинов.
На обложке была размытая фотография Дилана и никаких надписей, никаких выходных данных, ничего, только на торце конверта значилось название альбома.
Фотограф Джерри Шацберг решил снимать Дилана в своей студии на Манхэттене, но музыкант пожелал, чтобы фотосессия проходила на улице, в каком-нибудь людном месте.
Джерри Шацберг:
Никакого определённого плана у Боба не было, просто он хотел получить интересную уличную фотографию. В тот день было очень холодно, мы оба мерзли и тряслись, поэтому снимки получились несколько смазанными и не резкими.
Было всего два кадра из всей сессии, которые получились расфокусированными, и Дилан выбрал один из них, чтобы поместить его на обложку.
Вместе с отступлением от стилистики обложек предыдущих альбомов Дилан представил на Blonde on Blonde другую музыку. Уже от Rainy Day Women 12 & 35 веет карнавалом, а ведущую роль играют духовые инструменты.
От блюзовых основ, которые доминировали на Highway 61 Revisited, остались только несколько треков, в частности Pledging My Time, Leopard-Skin Pill-Box Hat, Temporary Like Achilles и Obviously 5 Believers в остальном же Blonde on Blonde это кое-что абсолютно другое.
Как отметил журнал Classic Rock: Прежнюю энергетику ещё можно периодически услышать в Leopard-Skin Pill-Box Hat, I want you, Obviously 5 Believers, но в целом Blonde on Blonde сильно отличается от своих предшественников. Дилан больше не видит необходимости впечатлять или удивлять публику. Голос Дилана теперь звучит мягко и умиротворяюще в отличие от глухого рыка Highway или резкого вокала на ранних альбомах.
Джеффри Хаймс (критик):
Highway великолепный альбом, но в нём более традиционный электрический блюз. В Blonde on Blonde всё иначе, к нему (блюзу) добавляются карнавальные мотивы. Главные инструменты – гармошка Дилана и орган Купера, а уже к ним добавляются гитара и ритм.
В I Want You (ну где вы ещё услышите у Дилана такую аранжировку?), Visions of Johanna и Just Like a Woman Боб лиричен как никогда.
Sad Eyed Lady of the Lowlands наследник эпического повествования Desolation Row, а Stuck Inside of Mobile with the Memphis Blues Again, на запись которой потребовалось почти 18 студийных часов, представляет собой эталонный образец того самого «звука бурлящей ртути».
Эрик Клэптон:
Один мой друг крутил Blonde On Blonde без остановки. В этом альбоме мне чудилось нечто действительно мощное. Потом я понял, что на самом деле пластинка отразила переход между двумя разными стилями. Отсюда вся мощь.
За коммерческим успехом альбома последовало мировое турне, во время которого травля Дилана, как предателя фолк-музыки, достигла своего апогея. Если Америка уже смирялась с переменами в музыке Дилана, хотя отдельные отголоски негодования ещё доносились, то более консервативная Европа бурлила от гнева. В Дублине зрители выкрикивали из зала: предатель и распусти свою группу. Melody Maler назвала концерт сплошным разочарованием, а Дилана, пытающегося выглядеть и звучать как Мик Джаггер, недоразумением.
А в Манчестере случилось событие, которое наравне с Ньюпортским выступлением 1965 года вошло в канон истории Дилана и всей рок-музыки.
Из толпы послышался возглас — Иуда!, на что Дилан ответил: Я не верю тебе и, ударив по струнам, добавил: Ты лжец!. Затем он попросил музыкантов играть громче и началась Like A Rolling Stone. Аудиозапись этого инцидента, который произошел в Зале свободной торговли Манчестера 17 мая 1966, приобрела культовый статус среди коллекционеров.
Человек, назвавший Дилана Иудой, узнал о последствиях своей выходки лишь спустя 32 года, после того, как запись концерта была официально издана. Кит Батлер, читая рецензию на альбом Live 1966 в газете Toronto Sun, понял, что бездумная выходка тридцатилетней давности обеспечила ему позорное место в истории рок-н-ролла. Тогда Батлер решил заявить о себе. В 1999 Батлер принял участие в документальном проекте BBC Radio, который был посвящен злополучному концерту. На вопрос, что он думает сейчас о своем поведении Батлер ответил: Я был желторотым дурнем.
Спустя много лет Робби Робертсон вспоминал о туре 1966 года:
Я думаю этот опыт закалил мой характер. Нас освистывали везде, где бы мы ни появлялись. Зрители были так расстроены, так рассержены, кричали, что мы были ужасны и швыряли в нас всякий хлам. Нам приходилось стоять под натиском летящих в нас предметов. Мы играли как ни в чем не бывало, а потом выступали где-нибудь еще, и эта история повторялась. И так на протяжении всего турне.
Неизвестно что бы было дальше, какой была бы музыка Дилана после Blonde on Blonde и как бы его принимали в турне, но 29.07.1966 г. он попал в ДТП на мотоцикле и почти на полтора года исчез из медийного пространства, а в турне не ездил до 1974 года.
Вокруг ДТП тоже ходит не мало слухов, вплоть до тех, что Дилан всё инсценировал дабы стать затворником и прийти в себя после бесконечной гонки, начавшейся в начале 1965 года. Не думаю, что мы когда-нибудь узнаем правду, да и это не главное, а главное – музыка. А на трёх альбомах - Highway 61 Revisited, Bringing It All Back Home и Blonde on Blonde Дилан, по мнению многих, создал чуть ли не лучшую свою музыку. Лучшую или нет, это дело вкуса, но уж точно вошедшую в историю. Великая трилогия завершилась.