Здравствуйте! Наконец, снова я. Честно сказать, устал за эти праздники, хотя все было очень недурственно. Но надо спешить, и успеть написать задуманное до Светлого Рождества. А то ведь новая тема нависла. Казахстан.
Очередная статья Ехидного Дугласа в “Публицисте”, даю ссылку. Но я на этот раз с ним абсолютно не согласен, о чем и заявляю здесь.
Для начала о Навальном. Не надо преувеличивать его значение. Хотя он, и его возможные кураторы сделали много для усиления протестных настроений всего нашего общества. Не только либерально настроенной его части. Но Навальный пришел на уже сильно удобренную почву, и вы все знаете, кто ее так хорошо подготовил. Надо бы всю эту почву куда-то деть, но это невозможно. Тогда необходимо, хотя бы, уничтожить семена, что они и сделали. Возможно, это было одно из немногих, еще логичных действий нашей типа власти. Дальше – уже только неадекватно.
Жесткие ультиматумы всему миру, включая Евросоюз, НАТО, и Америку. Телефонные переговоры с Байденом, о содержании которых мы никогда не узнаем. Какие-то (уже не помню чисел) сроки ожидаемого ответа от них, называемых теперь нашими геополитическими противниками. И все это на фоне сверхзвука, взлетающего в официальных новостях, и совершенно невнятных угроз. Кому? Чем?
Дуглас, путем хитрых и непонятных мне умозаключений, пришел к выводу, что весь этот шухер случился только для того, чтобы уничтожить Гугл и Ютуб. Мелковата цель, я считаю. Да и не было там никакой цели. Если анализировать не то, что произошло в нашей политике перед Новым Годом, а то, что происходит у нас уже много лет.
Представьте себе. Человек посажен в одиночную камеру на двадцать лет. И сохранить себя, или даже просто выжить он там сможет в единственном случае. Если имеет интеллект. Тогда просто. Можно самому с собой играть в шахматы, и даже без доски. Можно попытаться вспомнить “Евгения Онегина”, ведь ты знал его наизусть в молодости. И можно самодельным пером на обрывках бумаги писать молоком планы революционного восстания.
А если интеллекта отродясь не бывало? Тогда единственное, что он смог придумать – это некий капиталистический град на холме, где не он лично, а невидимая рука рынка сделает из России все, что ему хочется. Дворцы, автострады и полные холодильники. Что-то получилось, но далеко не для всех. Большинство оказались лишними, и их желательно куда-то деть. А они никуда не хотят деваться, и некоторые даже переходят возраст дожития. И выживают, кто как может. Кто-то из них заглядывает в чужой капитализм, и видит, что и там можно выжить. Но для этого капитализм надо строить, и не менее жестко, чем любой другой общественный строй. Он, сидящий в одиночке, слышит из-за решетки невнятные и недовольные голоса не вписавшихся, но ничего не видит, потому ничего не может. Всё те же стены вокруг. Восторженные песнопения соловьевско-киселевской братии – это те же стены, известные ему уже двадцать лет. И даже деревенская бабка, купленная перед выборами за пачку макарон, ничем ему не поможет. И тогда он начинает сходить с ума. Невнятные ультиматумы – оттуда.
Но он там не один, скажете вы мне. Вы правы, их там много, но это не некий, много раз описанный в литературе, тюремный социум. Просто пауки в одной банке, и никакой общности. Прекрасно было показано у Татьяны Лиозновой в “Семнадцати мгновениях”. Партайгеноссе Мюллер и партайгеноссе Шелленберг. Двое из якобы общности руководителей Третьего Рейха. У нас то же самое. Кого-то снимают с должности, а кого-то даже сажают. Кого-то, наоборот, выпускают за границу так быстро, что собственные следаки не успевают отреагировать. Или не хотят, мы этого тоже никогда не узнаем. И вообще. Владимир Путин объявил 2022 год Годом культурного наследия народов России. Так что не хрен. Других проблем у нас нет, вот только культурку подтянем, и все будет путем.
Пауки в банке, в одной тюремной камере, и за одной тюремной стеной. А разве нет? Стены, камеры наблюдения и охрана на Рублевке или в Ново-Огарево похлеще, чем даже в Крестах. Там ведь все на убогом госбюджете, а на Рублевке - свое, родное. И без разницы, для кого или от кого эти стены и камеры. Россию оттуда не видно и почти не слышно. Только стены и коллективное сумасшедствие внутри. И на горшок – только с охраной.
Все бы ничего, но уже страшно. Обезьяна с гранатой, и это уже не из анекдота, а за своим рабочим столом, и под власовским триколором. По-моему, и нам уже пора. Посмотрим, что там будет, в Казахстане.