Кабриолев, взойдя на балетоманский трон и освоившись корону носить, одной из первых себе задач поставил борьбу за чистоту рядов профессиональных любителей балета, как призрак его сейчас утверждает весьма безапелляционно. Да не спроста, ибо сам прошёл весь тернистый путь с низовых членов этого узкого круга, в боях завоевав лидерство, конечно же по праву. В чём, кстати, можно не сомневаться, так как Вольдемар Альбертович уже и тогда обладал морально-нравственным качествами практически идеальными, с его, понятное дело, слов. Перейдя же мирно в мир иной, он-то и ещё выше над тем собой воспарил, в данном случае имеется в виду в плане «облико морале». Но не все дотягивали до его высокой планки…
А за годы проведенные в среде балетоманов, балетных критиков и клаки, а это разные всё люди, Кабриолев составил для себя вполне нелестное представление о большинстве из них из всех. Среди коих, по его мнению, лишних людей имелось столь много, что, порой, заслоняли они истинных ценителей балета, а в силу такого – размывалась сама идея. И если до клаки ему совсем дела не было, а критики ему не подчинялись, то вот за членов балетоманского сообщества он крепко взялся, когда руки дошли – принялся зачищать поляну рьяно!
А, во-первых, ввёл он в каждой балетоманской фракции журнал посещений, а каждый пропуск спектакля без уважительной причины становился теперь предметом обсуждений. За два пропуска подряд – выносилось порицание, за три – ставилось на вид. Если же не одумывался балетоман-прогульщик, то он вызывался на Балетком, и уж там могли принять решение вплоть до отчисления из рядов, со всеми вытекающими последствиями. Как то: лишение права на проходки, лишение права голоса при принятии коллегиальных решений, запрет остальным балетоманам на общение с изгоем. И всё, человек из театра пропадал, насовсем. После же нескольких таких случаев исчезновения, как Вольдемар Альбертович вспоминает, посещаемость поднялась на рекордный уровень…
Решив же этот вопрос, количественный, Кабриолев обратил свой взор на качество рядов, сконцентрировав усилия на повышении культурно-морально-нравственных показателей вверенного ему коллектива. В этом направлении он внедрил в повседневную жизнь балетоманов немало нововведений, призванных развивать их в нужном направлении. Разработав методические рекомендации на разные темы, к примеру: «Как правильно смотреть балет», Вольдемар Альбертович к каждой из них прилагал и методологию оценки освоенности конкретного раздела. Всё вместе сложилось это в некое подобие комплекса ГТО, сдавать который балетоманы теперь стали каждый сезон, а не сдавшим грозило всё то же отчисление…
А финальное же решение оставалось за Кабриолевым, который всегда сам проводил итоговое тестирование, в ходе которого проверялись знания в разных областях, так или иначе связанных с балетом. Формат опроса устный – вопрос-ответ, и у Вольдемара Альбертовича всегда имелось несколько заковыристых вопросов, если надо было кого-то завалить. Любимым развлечением у него было по датам погонять, но если попадался с хорошей памятью человек, то знал всегда Кабриолев каким вопросом точно в тупик поставить можно: «А что такое бамбетка, расскажите нам пожалуйста?».
Никто и ни разу на него не ответил, да и сейчас, не будь интернета у всех под рукой, очень мало кто бы туда не лазя правильный ответ дал. Но не стану переводить внимание на поисковики и интриговать, а это: предмет сценического костюма типа жилетки, но без пуговиц, ярко расшитый и в целом нарядный. Бамбетки и мужские, и женские встречаются, а самый характерный пример – Базиль такую носит. Ну что, знали это?
#балет #танцы #искусство #культура #театр и балет