Да, чёрт возьми, да!
Я покорно смиряюсь с тем, что в мире полно людей, которые умнее, выше, образованнее, целеустремленнее, удачливее, богаче, веселее меня. Я принимаю это, хер с ними.
Я послушно принимаю свою всегда не вовремя просыпающуюся лень в преддверии жизненно важных событий. Я принимаю весь свой хаотичный беспорядок в доме, валяющиеся по одному носки, теряющийся флакончик с духами, мятые блузки, катышки на шерстяных свитерах, утекающие сквозь пальцы деньги, сотню неотвеченных на телефоне, хранимые игрушки от роты бывших "люблю". Я принимаю свой внутренний хаос, будь он неладен, и свое отношение к дисциплине, как чёрта к ладану - принимаю, так и быть.
Я смиряюсь со своей страстью к писанине в любом месте при любых обстоятельствах. И с ростом своим несуразным: "а подайте вон ту банку с огурцами", и с доверчивостью распахнутой: "ладно, вторую часть оплаты пришлете потом", и с вспыльчивостью жгучей: "да пошло всё, я сама со всем разберусь". Я всё это повиновенно признаю своим.
Я принимаю свои волосы, неизменно гладкие, как тяжелый шёлк, которые проще обстричь, чем завить озорными кудряшками, которыми я так бредила. Я смиряюсь с сеточкой голубоватых вен на на руках, просвечивающихся сквозь прозрачную бледную кожу, которую я тоже, кстати, принимаю. Я мирюсь с чувствительностью и слезами чуть что. Я безропотно принимаю фаталистические замашки и все свои мысли: угнетающие, миросдвигающие, глупые, эгоистические.
Я принимаю свою дочь такой, какая она есть. Иногда невнимательную, поверхностную, иногда капризную и неуговариваемую, но всегда мою.
Но я отказываюсь принимать молчаливые, болезненно тихие, как после бомбежки, семейные вечера за столом, рядом с тем, кто не знает, не выучил пути-дорожки к моему сердцу. Рядом с тем, кому плевать.
Я отказываюсь слушать ежевечерние пародии на светские беседы, когда главное закрывается тяжелым прессом и годами остается в невысказанном, от того, кто видит меня каждый раз, как в первый, и вылупляет непонимающие, невидящие, ненавидящие глаза на мои отчаянные попытки всё поменять.
Я не принимаю склоки и скандалы внутри того, что по замыслу должно стать вторым и последним домом, после родительского.
Я не смирюсь со слезами после секса, потому что, блин, не то.
Потому что непонятно зачем. Потому что процесс это всё, техника грёбаная, потому что даже не целует.
Я не приму в свою жизнь того, кто не знает, чем я живу.
Я не буду мириться с кольцом ради кольца и не приму брак во имя комфорта, не любви. И не смирюсь с мужчиной ради того, чтобы просто избежать одиночества. Не могу, не хочу и не буду.
Фатальненько, но зато правдиво.
