После войны продукция отечественного автопрома вышла на международный уровень, найдя рынок сбыта в союзных «странах народной демократии». В Польше о советском автомобиле «Волга» вспоминают до сих пор – но лишь потому, что с ним связана одна из самых страшных легенд социалистической эпохи.
Таинственные похитители
На рубеже 70-80-х годов в Польской народной республике распространились слухи о зловещей «чёрной Волге». В таком автомобиле якобы разъезжали по городам похитители детей.
«Байки о «чёрной Волге» — одно из самых популярных современных преданий, называемых городскими легендами», — отмечает польская исследовательница Зузанна Гренбецка.
Различные варианты этой истории записал фольклорист Дионизиуш Чубала. Иногда внутри машины сидели люди, одетые как католические ксендзы или монахи, иногда просто неизвестные мужчины, которые приманивали к себе детей конфетами, а затем увозили. Почему в байках фигурирует именно советская «Волга»? Для поляков это был в первую очередь большой по размерам автомобиль, куда легко могло залезть нескольких человек. В просторном салоне удобно производить тайные манипуляции. Кроме того, в некоторых версиях этой легенды прямо фигурировали советские службы госбезопасности. Тела похищенных детей якобы находили обескровленными, с изъятыми почками – подразумевалось, что кровь и органы вывозят за границу для лечения высокопоставленных советских чиновников.
Происхождение легенды
Байки о «чёрной «Волге» имеют давние корни и восходят и средневековым рассказам о прокажённых королях, купающихся в детской крови. В XIX веке в Западной Европе бытовала похожая история о «кровавой карете из Антверпена». Её героиней была «богато одетая дама», сажавшая в карету заигравшихся на улице детей. В замке, куда она отвозила своих жертв, слуги выкачивали из них кровь и наполняли ею ванну богатого дворянина.
В Польше многие верили в легенду «кровавого навета», утверждавшую, что евреи якобы похищают христианских младенцев, чтобы в ритуальных целях взять у них кровь. В социалистический период старую вражду к иудеям оттеснила на второй план ненависть к советским «оккупантам» — отсюда и рассказы о кагэбэшниках на «Волге». Впрочем, большинство населения Польши вряд ли относилось к подобным историям всерьёз. Начавшиеся в тот же период выступления профсоюза «Солидарность», носившие антисоветский характер, имели более глубокие причины.
«Чёрная Волга» за пределами Польши
Рассказы о «чёрной «Волге» были известны и в СССР. По одной из версий, они и возникли впервые именно в нашей стране. У баек была реальная основа – автомобили чёрного цвета таких марок, как «Чайка» и «Волга» в 1960-х годах стали служебным транспортом для КГБ и номенклатуры. Советские школьники уверяли, что зловещую «Волгу» можно опознать не только по цвету, но и по буквам «ССД» на номере, что расшифровывалось как «смерть советским детям». Позже, однако, о марке машины стали забывать – в СССР 1980-х годов люди больше боялись бандитов, а не чекистов.
«Чубала записал ряд аналогичных рассказов и от информантов из славянских республик СССР – России, Украины и Белоруссии. Здесь, впрочем, не упоминали священников или монахинь, иногда речь шла об «иностранной машине», отвозящей похищенных детей на военную авиабазу, но чаще – о некоей банде, нанятой известным хирургом или окулистом», — пишет профессор Александр Панченко из Института русской литературы.
В широком смысле, по мнению учёных, истории о похитителях детей – это развёрнутая метафора опасности, исходящей от чужаков или людей, наделённых властью.