За окрыленное сознанье, То ли за дерзость давних строк, Суля извечное изгнанье Приговорил меня злой рок. На пике дней благополучных, Меня с клеймом вины на лбу, Три опера довольно тучных, Вели к позорному столбу. Происходящим потрясенный На справедливость Высших сил. Душою настежь обнаженный, Я упованье возложил. Чиновник в мнимых преступлениях Варился в собственном соку. Ему шить дело вдохновенье, Он пишет ложную строку. Вершин блаженства достигая, Закутав в тайную личину, Он скрыл мундир оберегая, Опалы истинной причину. Он убежден, что данной властью, Клеймить любого ей дано. И рад, когда чужому счастью Угаснуть вскоре суждено. У всей страны я на виду, Людьми пустыми осужден. Итак, в сквернейшую среду Рукою чьей-то водворен. Искал я способ уберечься, Чтобы в отчаяние не впасть. То ли от мира мне отречься, То ли удвоить к жизни страсть. Из них последнее, пожалуй, Едва ль сомненью подлежит. Из средств вернейшее Державе Своей разумно послужить. От всех отрекшись искушений Добру служит