В самом известном варианте этой колыбельной волчок несёт малыша в лес и кладёт «под ракитовый кусток».
Там птички поют.
Тебе спать не дадут.
Но прежде в ходу были и другие варианты.
Вариант №1
Волк делает из ребёнка заначку для своей стаи.
«Закопает во песок.
Только ноженки торчат,
Волки зубочки точат...»
Там дальше совсем уж странные строки. Про сало, которое под воздействием солнечного света вытапливается из дитяти. А взрослые макают в него хлеб и едят.
Вариант №2
После строчки о ракитовом кусте добавляют запрет
К нам волчок не ходи,
Нашу Машу не буди
Вариант №3
Есть и довольно забавная концовка, где фигурирует торговля детьми.
«Понесёт в кабачок
И продаст за пятачок»
Анализ
Последние два варианта скорее всего наименее старые. И придуманы для того, чтобы не пугать ребёнка тёмным лесом и закапыванием.
Почему нельзя на краю?
Этнографы и фольклористы связывают край ложа, упоминаемый в песне, с границей между мирами. Славяне действительно очень большое значение уделяли всевозможным рубежам. Это порог дома, бани, хлева, ворота, русло реки, граница леса. У каждого из этих пространств были свои властители. Банник, кикимора, леший, водяной и т.д. Человек чувствовал себя хозяином разве что в избе. И то делил власть с домовым. Для маленького ребёнка же мир в основном ограничивался колыбелью и руками матери. Поэтому край люльки в песне символизирует рубеж между опасностью и защищённостью. Персонаж волка олицетворяет угрозы внешнего мира. Хотя сама «порода» зверя не является здесь чем-то бессменным. В колыбельных, которые пели мамы XIX века малышам, в качестве угрозы нередко выступал не только волк, но и другие животные. В том числе безобидные.
Уж ты на землю падешь —
Тебя мышка съест.
Уж ты на воду падешь —
Тебя рыбка заклюет.
А вот ракитов куст для славян имел особое символическое значение. Он часто фигурировал в заговорах, былинах, сказках. Как правило, это небольшое деревце (разновидность ивы), связывалось с горем и потерей.
Герои народных песен нередко находили своё последнее пристанище именно под ракитой.
Что головушка у молодца испроломана,
Ретиво сердце у молодца испрострелено.
Что постелюшка под молодцом — камыш-трава,
Изголовьице под добрым — част ракитов куст...
( «Русская народная поэзия». Сост. Ал.Горелов)
От чего ты, Горе, зародилося?
Зародилося Горе от сырой земли,
Из-под камешка из-под серого,
Из-под кустышка с-под ракитова.
(«Былины. Исторические песни. Баллады.» А. Калугина и др.)
Можно сказать, что ракита для наших предков находилась на границе двух миров: привычного и потустороннего. Вот этим вторым и грозили малышу в случае опасного приближения к краю колыбели. Детям постарше приходилось труднее. Они, как правило, спали на лавках и сундуках. Тут ещё умудриться надо, чтобы не свалиться.
Спасибо за внимание!