(Или что происходит на Кубе?)
«По указанию президента (Соединенных Штатов Джо Байдена) мы активно предпринимаем меры, которые одновременно поддерживают народ Кубы и привлекают к ответственности кубинский режим», — сказала Джон Псаки.
- Па, дай мне денег! – сидевший с газетой мужчина поднял голову. На пороге комнаты стоял взъерошенный пятнадцатилетний сын.
- Я могу узнать для чего? – отец отложил газету и достал кошелёк.
- Пацаны в кабак пригласили потусить, - скривился пацан.
- Этого хватит? – отец протянул купюру.
- Ты что издеваешься? – возмутился пацан, - да этого и на стакан пива не хватит даже.
- Извини, но на эти деньги я полноценно обедаю в столовой, - на этот раз возмутился отец. – Что за цены в твоём кабаке? И кстати, пиво тебе ещё рано.
- Нормальные цены, свободные, - дёрнул плечом пацан. - Не твои совковые.
- Вообще-то мои совковые заработаны, - отец убрал кошелёк. – А ты мало того сам ничего не зарабатываешь, так ты ещё и двойки носишь со школы. За что тебе деньги давать на кабак?
- Значить не дашь? – набычился пацан. - Зажал?
- Вот когда будешь отличником, и твоя классная перестанет попрекать меня, что ты у нас болван, тогда и поговорим, - мужчина загородился газетой.
- Так значит? – сузил глаза пацан, тяжело задышав, - ну ладно, я тебе устрою отличника.
- Иди уроки учи, тусовщик, - скривился презрительно отец.
Зашипев, пацан исчез. Через несколько минут он выскочил на лестницу и остановился.
Прислушавшись к лестнице и повертев головой, достал из кармана мел и размашисто написал на стене “ Амадо Родригес– чмо и неудачник!”
- Посмотрю я теперь, как ты здороваться со всеми будешь, папа, - сплюнул яд на площадку пацан и поскакал вниз.
- Привет! – подойдя к кучке пацанов, расположившихся в углу сквера, поднял в приветствии руку Мигель.
- Ну? – поднял голову, сидящий посреди скамьи Хуан. – Дал папаша бабки?
- Не дал, - скривился Мигель.
- Что и требовалось доказать, - Хуан, будто обрадовался. – Мои слова подтвердились. А вы всё не верите. Вы живёте в рабстве пацаны! – потряс указательным пальцем Хуан. – У вас нет никакой личной свободы! Вас заставляют учиться, и вы идёте в школу, хотя учёбу ненавидите. После школы вас заставляют работать, и вы идёте и терпите козла начальника.
- А ещё армия! – поддакнул сидевший справа Радон, - брр, - он передёрнул с отвращением плечами. – Вообще каторга.
- А вот в Америке! – Хуан откинулся на спинку скамьи и мечтательно закатил глаза.
- Там хочешь учиться, учись. Не хочешь, не учись. Хочешь работать, работай. Не хочешь, не работай.
- А как же без работы, с голоду подыхать? – сдвинул брови Фабио.
- С голоду там никто не дохнет, - стрельнул в него насмешливо глазами Хуан. – Безработным там платят пособие. И очень приличное, я тебе скажу.
- И армия там по контракту только, - опять влез Радон. – И служат в ней в основном латинос и чернокожие. Я сам видел по телику.
- А белые, типа отдыхают? – усмехнулся недоверчиво Уго.
- Белые там братан руководят и бизнесом занимаются, - и его одарил презрением Хуан.
- Для того чтобы руководить, нужно учиться, - скривился Энрике.
- Для того чтобы руководить, нужно иметь власть, - глаза Хуана наполнились льдом. – Я это вам уже сколько толкую. Когда поймёте?
- Ты нам толкуешь, что власть надо завоевать, - насупился упрямо Пабло. – То есть эту скинуть?
- Ну да, - хлопнул по коленям себе Хуан. – Я это вам и толкую. Снимем эту власть, возьмём её сами. Вот и будем руководить. Это хоть понятно?!
- Но мы, - Пабло оглядел пацанов, будто искал поддержки. Но те тупо молчали, уставясь в землю.
- А для этого мы должны раскачать общество, это загнившее в своём быте болото.
- Пустим в жизнь, свежую струю! – заорал, вдруг вскидывая кулак Радон.
- Да не ори ты, ментов привлечёшь, - Хуан завертел головой. – Рано ещё.
- Ну что пацаны, вы в деле или пойдёте уроки учить? – Хуан демонстративно посмотрел на часы.
- А что делать-то? – пацаны за переглядывались.
- Сегодня наши организуют митинг протеста у дома Правительства. После митинга с меня кабак.
- О, кабак! – Радон потёр ладони. – Ты за всё платишь? – Хуан кивнул.
- Чо, пацаны, прогуляемся до площади? – Радон оглядел пацанов. – Потусуемся, покричим. Может морду кому набьём! – он загоготал.
- Можно будет поджечь пару машин, для эффективности, - кивнул Хуан. – За машины по штуке даю, - Хуан пытливо переводил глаза по пацанам. – Пора уже самостоятельно бабки зарабатывать, а не у родоков клянчить. А?
- А чем поджигать, спичками? – Габриэль озадаченно нахмурился. – Мне бабки нужны, могу попробовать.
- Братан не парься, есть средство получше, - Хуан, наклонившись, вытащил из-под лавки сумку.
Раскрыв, вынул бутылку в бумажном пакете. – Вот держи, не разбей. А то сам загоришься. Одной для начала, хватит?
- Давай две, чего уж там, - Габриэль опасливо взял пакет. – А как работает?
- Просто. Кидаешь на машину, чтобы она разбилась и убегаешь.
- И что, загорится?
- Загорится. На вторую, осторожно. И пробку не открывай. Смесь не любит кислорода. Сразу вспыхивает. Понял?
- Ещё кому надо? – Хуан оглядел пацанов. Те, отводя глаза, молчали.
- Ну как хотите, раз вам деньги не нужны.
- А мне за это ничего не будет? – спохватился Габриэль.
- Ментам не попадайся и не будет, - гоготнул Радон. – Кинул и ноги! В телеке видел, как пацаны во Франции делали?
- Не, не видел, уроки делал. Мне папан не даёт смотреть хрень разную.
- Во, опять ущемление прав, - покачал сочувственно головой Хуан. - Ну, никакой свободы личности. Как можно так жить? – Он опять посмотрел на часы. И поднялся.
- Ну что, кто со мной на площадь?
- Ну, я пойду.
- Я тоже.
- Я могу. – Глядя друг на друга, отзывались пацаны.
- Стадо, - сплюнул мысленно Хуан и кивнул. – Пошли тогда. Но смотрите, кто сбежит, тот мне не товарищ больше, - Хуан показал кулак.
У памятника Ленину толпились человек двадцать пацанов школьного возраста, когда подошла команда Хуана. К нему тотчас подошёл парень и отвёл в сторону.
- Все твои? – парень пересчитал прибывших. Те, здоровались со стоящими, находя общих знакомых.
- Мои, шесть штук. Бабки давай сразу. А то как тот раз, искал тебя неделю.
- Ладно, не гундось, держи, - парень сунул в руку Хуана несколько купюр, - тариф прежний.
- Можно было бы, и поднять, - скривился Хуан.
- Бос, сказал, что теперь труднее стало переводить бабки. ФСБ шерстит банки и почту.
- Значит, не зря мы тут всё это устраиваем, система шатается? – оскалился довольный Хуан.
- Не зря, не зря, - поморщился парень. – Только мелковато ещё. Нужны акции по громче.
- Ладно, чего ждём? – Хуан оглянулся на двери здания. У входа стояло несколько полицейских.
- Давай начинать, пока менты не приехали.
- Ты что ни будь, приготовил? – парень, оглянувшись, кивнул. Из толпы к нему подбежали трое.
- У меня один два коктейля взял. Если не описается, куда-нибудь бросит.
- Отлично, а мы краску красную приготовили. Хотим на двери пустить.
- Так, пацаны, начинаем! – кивнул подбежавшим парень. – Вы идёте к дверям и обливаете краской. А мы следом.
- А менты? – один оглянулся на здание.
- Можете и их тоже покрасить, - гыгыкнул парень и достал телефон.
- Джон, мы начинаем, где вы там? А вижу. Погнали! – парень махнул рукой пацанам и те развернулись к зданию.
У стоящего поодаль микроавтобуса открылись двери. Показался мужик с кинокамерой.
- Всё, давай, своих вперёд! – махнул рукой на здание парень Хуану и даже подтолкнул его в спину. – Погнали братан, погнали!
Тройка посланных парнем пацанов уже подходила к дверям дома. Стоявшие там полицейские напряглись. Остальная толпа, подгоняемая Хуаном и парнем, двинулась тоже к дому.
- Сатрапы получите!
- Долой диктатуру!
- Козлы позорные!
Заорав, скорее всего от страха, троица вдруг кинулась на полицейских. Из пакетов, что они несли, появились банки с краской. Остановившись в пяти шагах, они стали забрасывать ими и полицейских, и здание. На стенах и дверях появились первые красные подтёки.
Обозлённые окрашиванием полицейские выхватили дубинки. Из дверей им на помощь выскочили ещё несколько. Завязалась потасовка с подошедшей толпой подростков.
- Отлично, отлично, - бормотал мужик, снимая происходящее действие на камеру. – Очень хорошо.
- Ааааа! – вдруг взвился в воздухе истошный вопль. И толпа тут же распалась, оставив на месте пылающий костёр. Габриэль, вопя, катался по асфальту, пытаясь сбросить с себя горящую смесь из разбившейся бутылки. А оператор, радуясь кадру, снимал.
Первым среагировал полицейский. Он кинулся в здание и через секунду вылетел обратно с огнетушителем в руках. Габриэль затих, облитый белой пеной. А издали уже нарастал вой скорой помощи. Испуганные и растерянные пацаны кинулись разбегаться.
- Вы не плохо Рудольф сегодня поработали, - похлопал парня, довольный мужчина у микроавтобуса. – Гарри снял очень даже хороший материал. Шеф будет доволен.
- Что шеф, - оскалился Гарри, пряча камеру в чехол. – Мой канал сегодня закидают лайками.
У пустого памятника остались валяться несколько жестяных банок из-под коктейля и пива и надпись на постаменте. “Долой кровавый режим”
«Мы анализируем наши планы по увеличению (численности) штата нашего посольства в Гаване, чтобы расширить возможности в части оказания консульских услуг, повышения взаимодействия с гражданским обществом, а также обеспечения достаточного уровня безопасности», — сказал представитель Госдепартамента Неда Прайса, в ходе регулярного брифинга.
