Каждый год наш полк отправлялся на очередные стрельбы, они проходили у нас в зимнее время года и летом. Грузили всю технику на железнодорожные платформы, крепили и вперед за тысячу километров от места службы на полигон в Цугол-Доцанские степи. Дорога была долгой, проезжали вдоль берега великого нашего Байкала.
Проезжали через Байкальские туннели, мимо Улан-Удэ, Читы.
Первый год нам пришлось тяжко, ехали в вагонах-телятниках,соорудили нары, углы в вагоне , где были щели,загородили старыми матрасами , установили печь буржуйку, заготовили дров с углем и в путь. Одно было неудобство, дневальные имели привычку засыпать.
Дорога от Иркутска через Улан-Удэ до станции Оловянная была долгой, на каждой станции воинский эшелон загоняли в тупик освобождая дорогу гражданским поездам, но нам что, солдат спит, служба идет, дневальный кочегарит, поддает в топку угля, на некоторых остановках умудрялись посетить магазин и наполнить фляжки винцом. Офицерский состав ехал отдельно в плацкартном вагоне. Один раз на очередной стоянке сбегали в магазин, затарились и вдруг построение полка в полной экипировке, а у нас во флягах Бахус, прапорщик делает обход, а у него нос как у ищейки, подходит ко мне и говорит
-дай флягу
Я ему толкую
-товарищ прапорщик да вот водички в колонке набрали.
Он берет флягу, открывает, делает глоток и не морщась , говорит
Ну я вечером, перед отбоем, загляну к вам на чаек.
Не реквизировал и не сдал нас офицерам, хороший был человек, с понятием. Дорога у нас занимала больше недели. По приезду разгружались в степи и занимались благоустройством. Первые мои стрельбы были зимой, жили в капонирах по 10 человек, капонир это такая квадратная яма, сверху устанавливаешь палатку, внутри делаешь нары, устанавливаешь печь,жилье готово.
В зимнее время в Цугол-Доцанские степях стоят 40 градусные морозы, а снега маловато, снег лежит только в оврагах, а кругом голимая степь покрытая ковылем. Вот так и жили во время стрельб зимой, дневальный заснет, обычно ставили молодых, в палатке дубак, слишком перестарается палатка загорается как порох, еле успевали выбегать. Но это еще не беда, беда пришла в другой полк, что квартировался рядом. Шли стрельбы, на полигоне стреляли зенитчики и поодаль стрельбы проводили ,Шилки , а у Шилки был один недостаток, когда пропадает цель у нее опускаются стволы. И вот Шилка ведет цель, она пропадает с визира, стволы падают, а наводчик Шилки в этот момент нажимает гашетку и рой снарядов летит в сторону зенитного расчета, . Когда Шилка делает одновременный залп , снаряды летят как рой пчел. Стрельбы временно отменили, начали рыть капониры под орудия и Шилки, чтобы исключить попадания в расчеты. Но в эту зиму вообще творилось что-то непонятное, то расчет расстреляли, то расчет не переключил орудие на зеркальный отворот, это когда стрельба ведется в противоположную от цели сторону и врезал по самолету комполка, хорошо опытный летчик он сделал свечку и ушел за облака, результат и полеты отменили стрельбы. Так пришлось уезжать и опять месяца через 3 приезжать.Но наш полк стрельбы проводил на отлично, один раз даже умудрились сбить из зенитки выпущенный снаряд Катюши, стреляли по воздушным мишеням и по наземным с хорошими показателями, полк был отличник. Стрельбы нам почему то нравились, то-ли казарма надоедала своим порядком, отбоями, построениями, караулами, в поле было повольней. Но стрельбы заканчивались и в обратный путь дорогу.
Вот такие у меня остались воспоминания об зимних армейских стрельбах, но после их были летние и уже другие воспоминания.