На гулянках я бывал, Кое что на них видал. Кто кого то не понял, Кто кому то в морду дал. А кого то друг поднял, Тот в салате,мордой спал. Ты не верь его отмазке, В овощной сидит он, маске. Сих любителей салатов, Отправляем мы до хаты. Что б на ихний беспредел, Кто нибудь другой,глядел. В том углу,лобзанье пар, Кто-то водки перебрал. Распускаются цветы, То помадные следы. По тому-то у соседа, Под глазами синяки. Утром он наденет шторы, Из очков,как лошадь шоры. А у девок,кудри букли, И глаза,от слёз набухли. Юбки то-же, как гофре, Все помятые уже. Ну а кто-то в неглиже, Бежит по улице уже. Ну а кто-то под забором, Напевает песню хором. На столе,такой бедлам, Убираться же не нам. Мы собрались по домам, Прощальный взмах хозяевам.
На гулянках я бывал,
Кое что на них видал.
Кто кого то не понял,
Кто кому то в морду дал.
А кого то друг поднял,
Тот в салате,мордой спал.
Ты не верь его отмазке,
В овощной сидит он, маске.
Сих любителей салатов,
Отправляем мы до хаты.
Что б на ихний беспредел,
Кто нибудь другой,глядел.
В том углу,лобзанье пар,
Кто-то водки перебрал.
Распускаются цветы,
То помадные следы.
По тому-то у соседа,
Под глазами синяки.
Утром он наденет шторы,
Из очков,как лошадь шоры.
А у девок,кудри букли,
И глаза,от слёз набухли.
Юбки то-же, как гофре,
Все помятые уже.
Ну а кто-то в неглиже,
Бежит по улице уже.
Ну а кто-то под забором,
Напевает песню хором.
На столе,такой бедлам,
Убираться же не нам.
Мы собрались по домам,
Прощальный взмах хозяевам.
