Автор - Миа
Я обычная мама двух сыновей. Замечательных, на мой материнский взгляд, мальчишек. Они с детства для меня были личностями, со своими взглядами на этот мир.
Со старшим сыном особых проблем не было. Он как рыба в воде. Очень коммуникабельный. С ним всегда было просто. Эмоционально открытый ребёнок. Если хотелось кричать – он кричал, если хотелось плакать – он плакал, смеяться – значит хохотать от души. Всегда «за любой кипишь». Летим самолётом – ДА, едем поездом – ДА, на неделю с палатками без интернета – ДА. Он всегда был для меня открытой книгой.
Младший (разница 2 года) был полной противоположностью. С детства. Дома весельчак и балагур, мог закричать на весь двор: «Люди добрые, помогите! Убивают!», только по причине того, что подошёл кто-то незнакомый. Бабушек на лавочке игнорировал, когда они предлагали ему конфеты. В торговом центре, если подходили знакомые и пытались угостить его мороженым, он прятался за мою спину и показывал им кулак.
В четыре года абсолютно серьёзно меня спросил, на каком основании я ему дала то имя, которое он носит. Ведь возможно он хотел быть Иннокентием. Получив в ответ, что нет проблем, и с этого момента он для меня Кеша, дал стрекача. Пойман был за капюшон после пробежки в 5 км. Получил в «наказание» спортивную кофту, с надписью на спине – «Шумахер», и был отправлен в городской летний лагерь, с уклоном на лёгкую атлетику.
Бабушка, прочитав лекцию о воспитании детей, попросила младшего внука к ней пока не водить, потому что при виде соседки, которая иногда заходит, во время совместного чаепития, внук подходит и шепчет на ушко «Выгони её».
Чем старше он становился, тем тяжелее было с ним общаться. У него на всё имелось своё мнение.
В 5-ом классе, он пришёл домой без обуви. Зимой. Мороз минус 30. Пешком пройдя расстояние 2 км, в одних носках. Он пришёл и закрылся ото всех, даже от нас, своей семьи. Просто замолчал.
Я позвонила классному руководителю.
- Что случилось? Ребёнок молчит и ничего не рассказывает.
- Я пока не в курсе, но со слов очевидцев, ничего страшного не произошло. Они играли, отобрали в процессе игры обувь.
- Ничего страшного не произошло? Это потому, что он сумел добраться до дома?
- Нууу. Если бы Ваш сын подошёл и извинился, то эту обувь ему бы вернули.
Отлично. Не понятно только одно. За что он должен был извиниться?
Собрали класс, провели беседу, нам вернули обувь.
Это как «Ложечки нашлись, а неприятный осадок остался».
Ситуация затихла до 7-го класса. Тот же классный руководитель позвонила и попросила явиться в школу, чтобы обсудить некоторые моменты.
- У вашего ребёнка очень явный аутизм. Мы обсудили со всеми преподавателями и школьным психологом, все заметили в нём отклонения. Странно, что вы этого не видите.
Я вышла из школы на ватных ногах. В висках стучало. Может и правда я не вижу чего-то? Может быть мой ребёнок болен, а я слепа?