О чем эта притча Спасителя и в чем ее смысл
Святой Лука в своём Евангелии приводит изречённую Христом притчу о неправедном домоправителе. Она располагается в 16 главе, охватывает стихи с 1 по 9 и представляет из себя следующее.
Был некий богатый человек, который имел управляющего его хозяйством. Ему донесли на домоправителя, что тот растрачивает вверенное ему имущество. Богач призвал управителя к себе и потребовал отчитаться в своей деятельности, поскольку он больше не может ей заниматься. После этого управляющий начал мысленно рассуждать, как ему теперь поступить, ибо он отстраняется от занимаемой должности и при этом не может копать и стыдится просить.
В результате размышлений управитель пришёл к решению: чтобы быть принятым должниками господина после отставки он начал призывать их к себе каждого отдельно и говорить, чтобы те взяли свои расписки и снизили размер своего долга. Должному 100 мер масла сказал изменить размер долга на 50, а другому, который был должен 100 мер пшеницы, сказал уменьшить долг до 80. Этим неверный домоправитель снискал похвалу от господина за догадливость поступка.
В конце повествования Господь Иисус Христос сказал, что нужно приобретать себе друзей богатством неправедным, чтобы быть принятыми в вечные обители после нашего обнищания.
Данная притча присутствует только в Евангелии от Луки.
Объяснение притчи
Святой блаженный Феофилакт Болгарский истолковывает сию притчу касательно стяжевания друзей богатством неправды следующим образом.
Таковым богатство он считает в случае, когда оно не употребляется на нужды ближних. При этом в данном толковании у блаженного Феофилакта не прослеживается мысли, что расточение богатства имеет какие-то границы. То есть из его слов можно заключить, что он считает необходимым раздачу богатства до конца.
Святитель Лука Крымский (Войно-Ясенецкий) толкует это место притчи аналогично блаженному Феофилакту Болгарскому, но в отличие от него считает, что богатство почти всегда является неправедным ещё и по характеру своего приобретения, ибо оно сопряжено с грехами.
Также святитель Лука в сравнении со святым Феофилактом сильнее подчёркивает невозможность спасения для богатых. Так, он говорит, что всякое богатство, которое удерживается при себе, отнимает право на получение вечной жизни. При этом мысль о возможности не абсолютно полной раздачи богатства чётко, как и у блаженного Феофилакта, в толковании сей притчи не прослеживается.
Преподобный Иустин (Попович) толкует данную притчу крайне аллегорически. Он её героев видит образами:
• Бога - богатый человек;
• человека - управитель;
• посмертных частного и Страшного судов - дача отчёта в управлении;
• жизни в теле - исполнение обязанностей управителя;
• прочих по отношению к управляющему грешников - должники;
• отпущения грехов - списание долгов;
• восхищения принадлежащего Богу права прощать грехи - неправедным;
• похвалы от Бога за милосердие - похвала домоправителя от хозяина;
• спасительных дел - стяжевание друзей мамоною неправды.
Таким образом, святой Иустин понимает под изречённой Господом в сей притче заповедью совершение дел спасения вообще, без конкретной привязки к расточению богатства и без ограничения данной заповеди этим.
Священник Константин Пархоменко при толковании сей притчи отмечает, что в греческом оригинале на месте слова “неправедным” стоит слово, означающее “мнимым, иллюзорным”. Учитывая это замечание и остальные его слова можно сделать заключение, что протоиерей Константин считает, что богатство иллюзорно в силу своей временности, и что посыл притчи в призыве обеспечения себе возможности спасения посредством вверенного нам на период этой телесной жизни временного.
То есть, если логически развить мысль священника Константина дальше, он полагает, что расточение богатства, тем более полное, не является непременной обязанностью, напрямую связанной со спасением, и неосуществление этого расточения не делает богатство неправедным.
Однако, автор в доступном ему греческом переводе встретил слово “αδικίας” и не нашёл перевода сего слова как “мнимый, иллюзорный”. Возможно, это из-за того, что исследованный им греческий текст не является оригинальным, то есть написанным самим Апостолом Лукой, но претерпел изменения, или он есть просто обратный перевод с русского или славянского.
Доктор богословия, профессор Алексей Ильич Осипов видит основную мысль данной притчи в милосердном отношении к окружающим и этим прямо перекликается с истолкованием св. Иустина (Поповича).
Алексей Мартышкин