В родильном зале специфический позабытый запах. После долгих часов усилий Арина наконец услышала долгожданный плач ребёнка.
Но сердце тотчас пронзило предчувствие нехорошего – мальчик плакал тихо, словно появился на свет безо всякой радости. Арина хотела посмотреть на сына, но провалилась в глубокий, тревожный сон.
Пришла в себя спустя только пять часов. Пытаясь удостовериться в том, что с ребёнком всё хорошо, Арина подозвала врача.
Но та подтвердила страшные опасения:
- Порадовать нечем. Придётся отказ писать. Дитя недоношенное, вы же знаете. Мы иногда шестимесячных всё -таки спасали, да, бывало. Но у вашего состояние плохое. Мы его не выходим, это уж точно. Совсем слабый, не хватит сил организму за жизнь бороться. Не пугай домашних, а то ведь дома если умрёт – ещё страшнее. Оставь его тут, не жилец он.
Арина не прекращала плакать ни на минуту.
Терзалась - как быть. То винила себя за то, что решилась на позднего ребёнка, то решала забрать его несмотря ни на что. Опасалась за психику Ивана – сына и за мужа – ведь так хотел этого мальчика!
Пыталась поговорить с доктором о том, чтобы заплатить много денег и попытаться лечить дорогими лекарствами. Но приговор врачей был неумолим. Мальчик не проживёт и нескольких дней. Скрипя сердцем, Арина вывела нетвёрдой рукой несколько страшных слов «ребёнок мне не нужен». Из больницы она выписалась одна. Муж тихо обнял её, и они молча поехали домой.
Туда, где час назад родственники уничтожали все следы ожидания малыша – увезли коляску, разобрали кроватку, унесли бесчисленные подгузники- распашонки.
Несколько месяцев Арина не выходила из тяжелейшей депрессии – не помогали ни таблетки, ни психологи, ни забота домашних. «Мой сын рядом! Рядом! Рядом!» - твердила Арина, как заведённая.
Годы сменялись годами, постепенно боль стала ослабевать. Работа, дом, походы в гости – жизнь не остановилась и мало-помалу стирала страшные картины прошлого.
Сын Иван уже окончил институт и счастливо женился, его Аня была беременная. Это очень радовало Арину – ей не терпелось отдать внуку всю ту любовь, которую она десять лет назад не смогла подарить своему погибшему мальчику.
Жизнь вообще стала совсем другой – возраст брал своё. Хотелось меньше ходить и больше отдыхать, нравилось проводить время неторопливо, казалось, впереди будет ещё скучнее и безнадёжнее. Маячила пенсия и страшное слово «старость».
Но Арина старалась об этом не думать – придумала каждое лето выбираться с мужем куда-нибудь далеко. Таиланд, Египет, Марокко – путешествия, казалось, наполняли ускользающую жизнь смыслом и романтикой.
Во время сборов в очередную поездку, Арина получила письмо. Там аккуратными буквами было написано, что в детском доме соседнего городка вот уже десять лет живёт…её сын.
Тот малыш, которого назвали безнадёжным врачи. Он выжил, ему хватило сил. И он всегда был уверен, что родители его бросили. Но работники детского дома попытались найти его родных, потому что знали фамилию мальчика.
В тот же час они с мужем сели в машину и на большой скорости поехали в детский дом. После объяснений с заведующей, Арина наконец вошла в группу. На диване, среди шумной детской толпы, сидел маленький мальчик. Такой же светловолосый, как его отец, с такими же карими глазами, как у Арины. Он был очень похож на маму и папу.
И когда Арина его обняла, ей показалось что её давно застывшее сердце наконец вновь застучало. С новой силой, громко, уверенно и счастливо.
- Прости меня, сынок, я же не знала, что ты живой! Прости, что столько времени потеряно, что ты мучался. Прости, что был совсем один!
Плакали не только родные мальчика, но даже воспитатели. Таких историй в интернате еще не было.
Паша прижимался к матери и не мог разжать стиснутых пальцев – казалось, всё это сон. Но всё только началось.
Дома утроили пышный праздник – на нём веселились все. И каждый в этот день поймал себя на мысли, что, Паша, казалось, всегда был рядом с ними.