Помним детство своё и прожитую жизнь

Оканчивал Пашка институт и надо было работать по специальности...И увёз семью к чёрту на кулички- жену и двоих малолетних детей, бросив дом на произвол судьбы...Он бы не уехал так далёко- но там жила дальняя родня, которым он однажды остановился и помог рядом с дорогой метать сено на стог. И вот после настойчивых обещаний- и квартира сразу и работа по специальности... Взял трудовую, проехал мимо деревни- в шести километрах от дома- где тоже требовался молодой специалист с перспективой...Приехал в совхоз Горный. Зашёл в приёмную-директора не было, а хитрая секретарша взяла его трудовую "посмотреть" и не отдала-

"Иди, знакомься".

Играя глазками...Увидел царящую разруху и бесхозяйственность. Задёрганных людей, живущих чтобы выжить за счёт своего хозяйства... А отступать было некуда...Выделили машину- переезжать. Привезённые гуси и утки тут же разлетелись по селу и были приватизированы...И хорошо, что однажды сын его уехал на рейсовом автобусе к бабушке. Ночью его скрутил аппендицит и если бы не уехал- Пашка потерял бы сына...А когда Пашка уехал на сессию- его благоверная стала ходить петь в клубе... Певица, блин...А его, который не пил и не курил- вскоре стали ревновать "к каждому столбу" спившиеся мужики...

Ввиду своего характера в новый коллектив он не влился. Работал зоотехником и по совместительству на пол ставки- бригадиром. И вот он ехал верхом на коне рядом с вет. врачом, которой надо было осмотреть скот, а ему его свешать, оприходовать вновь родившихся телят. Дорогу туда он не знал. Вет. врачиха- весёлая и молодая ехала на своём скакуне впереди и Пашка к своему стыду не мог догнать. Ехали вверх по "Волчьей поляне" по зарослям жимолости. Они, местные, считали её не съедобной- волчьей ягодой. Пашка срывал висевшие на ветках ягоды и ел.

Вот бы приехать, нарвать на варенье ребятишкам"-

думал он. Ягоды немного горчили. Ехавшая впереди , огибая свесившиеся от ягод ветви напевала:

"Луна, луна...Цветы, цветы...

И оглянувшись на него

"Ну на, ну на- ну что же ты..."

"Певица, блин"...

Растерянно думал Пашка.-

Подъехали к какому- то строению, обтянутому целофаном. Оттуда выскочили два подозрительных субъекта.

"Кабан- смотри, кто к нам пожаловал"!

Радостно обратился один к другому. На грязной харе того появилась счастливая улыбка. Вет врачиха радостно засмеялась, остановившись невдалеке.

"Милости прошу к нашему шалашу"-

отступил тот чуть назад, как бы пропуская вперёд.

"Не мыльтесь- бриться не придётся"

- засмеялся в ответ на их реплики Пашка. И уже как можно строже-

"Кто такие, почему спим"?

"Да это калымщики- сетку городят для маральника"

-пояснила Пашкина спутница.

_"Ты, где- то я тебя раньше видел-"

Перешёл в наступление Кабан.

"Мне что- с коня сойти- чтобы ты меня разглядел"?

"Да нам она больше подойдёт, если к нам сойдёт"

-Ответил второй, прячась первому за спину.

"Андрюля- мало я тебя в детстве в школе...а теперь ты снова скёшься- Кабан"! Быстро срыли с дороги"!

"Да ладно, братуха, ладно- мы ж просто поговорить... Пусть Рая хлеба нам пошлёт, когда назад поедете.

"Ну что ж не поёшь- "

Спросил немного погодя Пашка.

"Да просто неприятно- приедут они ещё на Белое"...

Загнал пастух молодняк на весовую. Надо было каждому годовалому быку протереть от серы ухо, прочесть внутри поставленный при рождении номер. Записать в журнал и свешать. А потом, сидя в тишине конторы сверять эти номера, проставляя в ведомости вес, чтобы начислить зарплату пастуху с привеса. А многие номера не сходились- вот морока...

Пашка яростно крутил головы быкам, зайдя не боясь к каждому в клетку. Он будто каждый раз сражался с теми, двумя.