– С меня довольно! – в порыве бессильной ярости воскликнула, всхлипывая Лиза. – Тебе никто не нужен! Я ухожу! Ты найдёшь себе по-привлекательней! Прощай, я не вернусь!
И она, накинув тканевое пальто и объёмистый шарф, выбежала за дверь, сильно ею хлопнув. Алексей остался один в квартире. Его ничего здесь не держало. Он, обождав немного, тоже надел куртку, шапку и жилет. Потом, взяв наручные часы, вышел, не оглянувшись.
Глаза залеплял снег, ветер раздувал растёгнутую верхнюю одежду, трепал короткие волосы, замораживал нос. Алексей не видел ничего перед собой, только белую пелену вьюги. Нет, он не плакал, но ему было плохо, как никогда прежде.
Вдруг он услышал тонкий и жалобный писк. Разогнав отчаяние и комья лёгкого снега, мужчина присел и увидел худого серого котика с необычным окрасом. Он смотрел на человека большими и грустыми желтыми глазами.
Алексей не любил кошек, но сейчас он не мог пройти мимо этой боли, не помочь. Сняв куртку и оставшись в одной рубашке и безрукавке среди снега, мужчина посадил в неё котёнка. Больше оставаться на холоде было нельзя, пришлось возвращаться.
В последующие дни он ходил на работу грустный, но вспоминая о Красавчике, тёплая улыбка пробегала по его тонким губам и пронзительным кариям глазам. Кота, Алексей назвал так, как ему взбрело в голову, он не любил заковыристых названий.
Теперь что-то снова притягивало его в квартиру, но мысли о Лизе не покидали голову Алексея. Наконец он вспомнил, что она мечтала о кошке, и чудесная мысль осенила его. Котёнок подрос и окреп, что будет если он пришлёт его ей, вдруг это поможет примирению...
Однако привязанность к Красавчик у него могла это позволить. Тогда, сам не зная почему, мужчина стал искать точно такого же котёнка. Наконец он сделал это, и пора было идти извиняться за то, что он "перестал уделять ей внимание".
Стук в дверь был очень неожиданным для Лизы. Она открыла, но увидев, недовольно фыркнула:
– Уходи, я не хочу тебя видеть! Я тебе не нужна. Это крокодилье извинение.
Тут он протянул ей кошку, глаза молодой женщины не могли более оставаться холодными. Он погладила малышку.
– Это мне? – прошептала она, беря на руки серую кошечку.
Алексей кивнул.
– Я тоже была иногда не права, может забудем это? – наконец, минуты через три, сказала Лиза.