Случайно разговорился с одним современным "дембелем" (дальний родственник, парень отслужил год срочной службы, что по нынешним временам считается приличным). И в разговоре выяснилось, что парень считает самой красивой военную форму времен СССР!
И это при том, что одет он был в самый последний "тактический" камуфляж, а его обмундирование не отличалось от офицерского ни формой, ни качеством, ни содержанием. В такие моменты так и хочется сказать: Чудны дела твои, Господи!
Ведь когда-то мы и мечтать не могли о такой форме. А потому, солдатам, отбывающим домой, приходилось придумывать свою, "дембельскую".
Старшина нашей роты, старший прапорщик Чумаченко, органически не любил "издевательства" над форменной одеждой,. А именно издевательством он называл ухищрения "дедов" и "дембелей" в подготовке своей "парадки". Прапорщик любил единообразие, а не вот это всё, пестрое и необычное, выбивающееся из общего ранжира.
Один из символом "дембеля" на парадке являлся видоизмененный шеврон. Обычно он выглядел в таком виде:
Солдаты кусочком бритвы вырезали нужные слова и аббревиатуры из желтого канта обыкновенного шеврона. Это был такой эконом-вариант парадного шеврона. Надписи вырезались любые, кто на что горазд и в зависимости от предпочтений адресата. Хоть "Мама, я обещал вернуться и вернулся!". Но обычно на канте фигурировал военный округ и название рода войск, годы службы. Однако, шеврон сразу приобретал совершенно иной смысл! Он становился аутентичным и необычным, особенно на толстой подложке из нескольких слоев склеенного материала из солдатской простыни.
Почему-то тогда считалось, что стандартная форма слишком казенная, невыразительная и не отражает героических моментов службы (даже если их не было), а значит, надо ее украсить. А потому солдат из гарнизона какого-нибудь Капустного Яра гордо вырезал лезвием на шевроне "Северный Кавказ" или СКВО, т.к. формально Астраханская область входила в этот военный Краснознаменный округ.
"Резать" шевроны пытались все, и начинали пробовать уже спустя полгода службы, но не у всех получалось. Самый усидчивый солдат, как правило, брался за различные преференции делать шевроны всем остальным.
Помню, один товарищ из автороты, родом из Узбекистана, очень красиво вырезал шевроны, узорной вязью, этакие "байрамки". Но он оказался жутко безграмотен и надписи делал с такими грубейшими ошибками, что испанским стыдом изошли бы те, кому указали бы на эти странности на "гражданке". Хорошо, что вовремя заметили и пресекли восточное творчество.
Это к тому, что КПД на выходе в результате резки шевронов стремилось к нулю, пропустишь букву, ошибешься в написании или лезвие случайно срезало не так - шеврон на выброс и начинай сначала. А сколько этих шевронов было изведено в процессе такого творчества...
Вот еще вольный образец шеврона. Кто-то увольнялся из Монгольской народной республики в родную Тюмень:
Не знаю, чем синили внутреннюю поверхность черного матерчатого щита, возможно просто вклеивали кусок бархата нужного цвета. Скорее всего, так и было. В варианте, изображенном на фото, основа шеврона, кажется состоит из картона. В нашей части ее делали из множества слоев материи, проклеенной и проглаженной утюгом. Гладящая поверхность ротных утюгов в результате использования не по назначению часто превращалась в негодную.
Некоторые солдаты изгалялись над шевроном вот таким образом:
Не знаю технологии нанесения металлического золотистого канта на шевроне, скорее всего какая-то бронзовая краска поверх стандартного желтого канта, ну и металлическая звезда старшего офицерского состава поверх стандартной, красной.
Вот еще интересный вариант. Красное поле общевойскового шеврона заменено на золотистое от... офицерского погона. Этот вариант сложнее прочих тем, что щит, звезду и колосья приходилось вырезать отдельно, а уж потом вклеивать их в поле от погона. Ну и буквы на погонах для шинели, разумеется, металлические, самодельные, куда же без этого-то.
К слову сказать, сам автор статьи увольнялся домой без всякой "парадки", в одних камуфляжных штанах и тельняшке. Было жарко в том мае, около тридцати по Цельсию. А я никогда не понимал этих страданий по "дембельской" форме одежды. Как только получил документы в штабе, прыгнул на "ближайшую попутку" БТР, который отвез меня в гарнизонный городок, а дальше, своим ходом - до ближайшего гражданского города, где ходили поезда.