Когда я был пионером

В пионерском лагере объявили отбой. Когда мои соседи угомонились, я вышел из комнаты, прошёл по коридору и встав перед дверью в комнату вожатых помедлил прежде, чем постучаться.

В то время мне было всего пятнадцать. В мою голову даже не приходило: почему в период развитого социализма, когда о сексе в СССР не было даже речи, вожатых - молодых людей разного пола селили в одну комнату с двумя койками на одном этаже со вверенным им пионерским отрядом.

Сейчас я точно помню, что их кровати, между которыми не было даже элементарной перегородки стояли рядом. Молодому парню и девушке, которые не были супругами, приходилось ночевать наедине друг с другом, поскольку их связывали должностные обязанности.

-Кузьмин, тебе чего? - дверь открыла Ольга Петровна, наша вожатая и с удивлением посмотрела на меня.

Она похоже уже засыпала, а я вытащил её из кровати.

-Ну, заходи. - Она поманила меня в комнату, чтобы не держать в коридоре. Я послушно зашёл и закрыл за собой дверь.

"Какая она всё-таки хорошенькая!" - восхитился я кинув беглый взгляд на её фигурку, облаченную в короткую ночную рубашку розового цвета с кружевами вокруг ворота и рукавов.

Краем глаза я увидел нашего вожатого Валерия Семёновича. Он стоял в душевой комнате перед зеркалом в джинсовых шортах с голым торсом и чистил зубы. Его атлетически сложенная фигура ясно давала понять, почему некоторые девочки нашего отряда, недавно перешагнувшие 16 летний рубеж, прямо-таки млеют от него.

Я позавидовал его мускулам, ведь, как я полагал тогда, это был пропуск к женскому сердцу.

«Мне бы такие мускулы, уж я бы…» - У меня в мыслях возникла Дина - девочка из нашего отряда, о которой я расскажу чуть позже.

-Ты чего хотел? - повторила вопрос вожатая.

В этот момент Валерий Семёнович, выходя из душа и вытирая мокрые волосы полотенцем, не замечая меня, сказал, обращаясь к своей соседке по комнате:

-А знаешь, моя дорогая Олюшка, нам с тобой завтра надо будет во время Зарницы передать командование этому спортсмену Иванову, он хорошо справится, а самим где-нибудь затеряться.

Заметив меня он осёкся и, с удивлением посмотрев на нас, спросил:

-Что здесь происходит?

-Вот, - кивнула на меня вожатая. - Поговорить пришёл, не держать же его в коридоре.

-Что случилось, Кузьмин? - спокойно спросил Валерий Семёнович и, повесив полотенце на спинку кровати, сел на стул. На его груди висела золотая цепочка с крестиком, а на могучей шее ещё блестели капли воды.

-Разрешите мне завтра остаться в лагере, родственники обещали навестить. - Слукавил я, зная, что папа и мама приедут только через неделю.

Однако нежелание играть в Зарницу - не любил я эти состязания и ещё дежурство Дины по столовой в лагере облегчили мои страдания от угрызений совести.

Вожатые переглянулись, о чем-то посовещались и удовлетворили мою просьбу, попутно назначив меня дежурным по корпусу.

Покинув их комнату, я улыбаясь с лёгким сердцем пошёл спать.

-Ты где шлялся? - услышал я сонный голос Петьки - соседа по комнате.

-Дело было, спи давай, - отмахнулся я, укутываясь одеялом с мыслью о завтрашнем дне вместе с Диной.

Закрыв глаза, я провалился в сон и тут же услышал утренний горн.

Наш отряд выстроился перед корпусом на утреннюю поверку. После краткой инструкции о Зарнице, Валерий Семёнович вызвал меня и Дину выйти и встать лицом к строю.

-Кузьмин и Короткова, на время проведения Зарницы назначаются дежурными по столовой и корпусу. Занять свои места. Остальные, на ле-е-во!

После его слов было ощущение, что началась война. Из рупоров, развешанных по всему лагерю донеслось важное сообщение, озвученное голосом старшего воспитателя Николая Михайловича Магомедова, что в лагере вводится особое положение, всем вожатым со вверенным им личным составом прибыть для контрольного построения на центральную площадь. В лагере остаются больные и дежурные. Когда заревела сирена Валерий Семёнович скомандовал:

-Восьмой отряд, к месту сбора бегом ма-а-рш!

Я с улыбкой посмотрел на Дину и подмигнул ей. Она криво усмехнулась мне в ответ, дав понять, что она не разделяет моей радости быть в её компании.

Надо сказать что это была своеобразная девушка. Она мне понравилась с первого взгляда, ещё когда мы только в первый день садились в автобус, чтобы ехать в лагерь.

Дина была выше меня, плотная, с широкими плечами и бёдрами и вообще, всё в ней было широким: лицо, коренная улыбка, по-взрослому выдающаяся грудь и все остальные части, кстати также очень хорошо и ладно сформированные и подогнанные.

Она часто носила джинсы или спортивные штаны и чёрную футболку очень хорошо подчёркивающие её дородное, гибкое и упругое тело, с таким магнетизмом притягивающее мои взгляды.

-Ну что, дезертир, - Дина снова усмехнулась и приблизилась ко мне, когда отряд во главе с вожатыми исчез из виду, - Как ты отмазался от военной-патриотической игры?

-Ничего я не отмазался, - начал было я, - Ко мне родители должны приехать сегодня.

-Да знаю-знаю, - перебила Дина.

-А ты сама почему не пошла с ними?

-Есть причины, объяснять не стану. - Сказала Дина и скомандовала:

-Всё, по местам дежурства! Я здесь за старшую, как всё сделаешь, доложишь!

Мы заступили на дежурство. Дина ушла в столовую, а я начал с расстановки стульев вдоль стен в холле, где после просмотра на кануне очередной серии "ТАСС уполномочен заявить" каждый пионер нашего отряда, проследив за действиями советских разведчиков в логове врага, не удосужился вернуть стул на место.

Завершив работу в холле, я разложил спортивный инвентарь по местам в игровой, привёл в порядок теннисные столы, мимоходом прочитав на крышке одного из них чьё-то откровение: "Дина Короткова, я тебя люблю!"

"Ничего себе!" - подумал я стирая любовную записку неизвестного автора. - "Тайный соперник?"

Время прошло незаметно. Подметая пол в коридоре, я бросил взгляд в окно на дорогу, ведущую от столовой в сторону нашего корпуса. Моё сердце слегка подпрыгнуло - Дина возвращалась, закончив дежурство по столовой.

"О чём бы таком с ней поговорить?" - размышлял я услышав её шаги на лестнице.

-А, Кузьмин! - увидев меня она широко улыбнулась. - Всё сделал?

-Ага, - начал я отчитываться, но Дина не слушала. Она прошла мимо со словами: "Жарища невыносимая, в душ пойду" и скрылась в комнате вожатых.

Я опустился на стул, зажал между кедами щётку, которой подметал пол и сидел перекидывая рукоятку из одной руки в другую.

-Кузьмин... Саша! - услышал я Дину за шумом воды в душевой комнате. - Принеси мне полотенце из моей комнаты, на спинке кровати висит.

Я нашёл полотенце, зашёл в комнату вожатых, где после вчерашнего визита уже хорошо ориентировался.

-Кузьмин! - Дина опять позвала меня и выглянув из-за занавески сказала: Принес? Давай сюда!

Она, что-то напевая себе под нос, хотела выйти из кабинки, когда я застыл в нерешимости не зная, что делать, уйти или остаться.

Дина сдвинула занавеску в сторону и предстала передо мной во всей первозданной красе.

-А, ты ещё здесь? - без стеснения спросила девушка. - Ну оставайся, раз пришёл.

Её шикарное тело как-будто околдовало меня и я, решившись наконец, приблизился к ней.

-Что делать будем? - спросил я не своим голосом.

-А что ты умеешь? - Дина озорно улыбнулась и посмотрела на меня из-под мокрых волос слегка закрывавших её глаза.

-Всё я знаю и умею. - Я встал к ней вплотную и пустил в ход свои шаловливые ручонки. Когда мой средний палец ощутил что-то скользкое, я отдёрнул руку, желая узнать что там и вдруг увидел на нём кровь.

-Что это? - я испуганно посмотрел на Дину.

-Эх ты, а ещё говорил, что всё знаешь. - Дина засмеялась, дав мне легкую затрещину.

Я вдруг понял, почему она осталась в лагере и желая поскорее сбежать от неё, ринулся к двери.

-Стой! Ну, куда ты? - она схватила моё плечо, повернула к себе и взяла меня за ремень...

Вечером, когда все вернувшись с Зарницы собрались в холле для просмотра очередной серии, Ольга Петровна о чем-то поговорив с Диной, подозвала меня и спросила:

-Ну что, Саша, не получилось у тебя?

-Что не получилось? - испугался я.

-Родители не приезжали? - уточнила вожатая.

-Нет, видимо не смогли. - Ответил я с облегчением и посмотрел на Дину. Она подмигнула мне и улыбнулась своей широкой улыбкой...