Теневой бан, как термин, не имеет никакого смысла. Если вы может обнаружить признаки бана, то он не теневой, а если не можете, то с чего вы взяли, что он есть?
Однако вот парадокс! Именно мой канал легко доказывает наличие странной аномалии, которую вполне можно назвать теневым баном.
Смотрим таблицу.
Это статистика за осень 2020 и 2021 года. Осенью 2020 мой канал был ограничен за кликбейт и рекомендовался только подписчикам (примерно 1000 человек).
Трафик 1 — данные Метрики по данным отчета «Сводка». Общий трафик умножен на процент переходов из рекомендательной системы Яндекс Дзен.
Как видите, тут даже ничего комментировать не нужно. После снятия ограничений трафик упал на 21%. Что является невозможным, поскольку потенциальная аудитория с тысячи человек увеличилась до 59 миллионов.
На ограниченном канале Дзен крутил 40 статей (опять же именно в рекомендательной системе, без переходов с zen.yandex.ru или из поиска Дзена). После снятия ограничений алгоритм крутит всего 17 статей.
Трафик 2 — данные из отчета «Рекомендательные системы». Они заметно отличаются от данных «Сводки» и намного позитивнее.
Рост трафика всё-таки появился. Чуть выросли отказы, но даже чистый трафик увеличился на 47%. Однако это всё равно ненормально при росте потенциальной аудитории в десятки тысяч раз. Опять же непонятно, почему рекомендалка цепляет меньше статей.
Если вспомнить, что мой канал — крайне нишевый и неинтересный для кузьмичей, то надо вспомнить и о 50 000 активных блогеров. Сразу после снятия ограничений часть моих публикаций какое-то время должна была получать минимум 50 000 показов, чтобы алгоритм показал публикации всем, кто может быть в них заинтересован. Но максимальное число показов — 3600. У остальных статей от 400 до 2000. Последние рекордсмены — статьи с фото Мегорской и Кунаковой в анонсе, но это просто Оля и Лена красивые.
Будь я оптимистом, то назвал бы всё это теневым баном. Но, увы, всё намного хуже. Алгоритмы Дзена неплохо работают с небольшими постоянными аудиториями. Именно такая была у меня целый год. Но как только надо работать с огромным количеством случайных людей, алгоритмы резко тупеют. И болезнь неизлечима.