— Нееет!! — протяжным воплем безумия вырвалось в тот момент из меня.
Так, наверное, тысячи болельщиков, лишившиеся последнего шанса на победу любимой команды, в полном отчаянии оглашают пространство трибуны. Дальше воздух в месте, где для меня на мгновение застыло тело незнакомца, стал колебаться. Выглядело это как зной над раскаленным асфальтом. Затем наступила деформация пространства, и огромная черная пасть, возникшая из ниоткуда, словно клацнула над телом, так и не дав ему упасть. От марева, как и от тела незнакомца, не осталось и следа. Визгом тормозов и громкой людской речью, похожей на сливающийся в моих ушах однородный гул, заполнилось окружающее пространство. А я просто стоял и отрешенно смотрел в образовавшуюся пустоту в воздухе, где еще несколько секунд назад кувыркалось тело незнакомца. Куда он так внезапно исчез и был ли жив, я не знал. Внезапно у меня закружилась голова, и я потерял сознание.
— Что с тобой случилось? — удивленно спросил Мишка, когда меня через несколько часов забрали из больницы родители.
— Переутомление, говорят,— вяло ответил я.
Мне не хотелось рассказывать о том незнакомце даже своему близкому другу. По крайней мере, пока я сам во всем не разберусь. А Мишка, словно угадав, что я думаю о нем, сказал:
— Блин, оставил тебя одного, всего-то на пять минут, и — на тебе: прихожу — лежит.
— Ты извини, я еще не совсем хорошо себя чувствую и хочу полежать в тишине, — соврал я.
— Ну ладно, выздоравливай. Вечером спрошу у твоих, как ты, — сказал Мишка и ушел.
Я услышал, как захлопнулась за Мишкой дверь в мою квартиру. Родители никогда не беспокоили меня даже стуком, если дверь в мою комнату была закрыта. Мой папа всегда говорил, что у каждого ребенка должно быть свое личное пространство. Я прикрыл плотно дверь в свою комнату и, сняв с шеи предмет, подаренный мне незнакомцем, стал пристально его рассматривать. Фигурка, похожая на пирамиду, имела пять граней. Но ее грани не были одинаковы. Это была пирамида неправильной формы. И одна из ее граней сейчас источала яркое изумрудное свечение. Остальные грани по цвету ничем не отличались друг от друга. Размер пирамиды точно не превышал трех сантиметров в высоту. Когда я приблизил к светящейся грани свое лицо, чтобы ближе рассмотреть ее, то на гладкой черной поверхности не отразилась даже моя тень. Ни света, ни теней. Среда совсем не влияла на поверхность этого предмета. Скорей всего, эта пирамидка была сделана из какого-то особенного камня, решил я. После того, как больше ничего выяснить мне из этого предмета не удалось, я надел обратно его к себе на шею. Продолжая лежать на кровати под одеялом, я стал мысленно восстанавливать все, что произошло со мной с самого начала, когда я столкнулся с незнакомцем. В какой-то момент напряженных размышлений я вдруг понял, что стрелка моих настенных часов стала двигаться громче и быстрей, так я не заметил, как провалился в сон.
Мои сновидения были прерваны звонком в дверь нашей квартиры.
— Алеша, это Миша пришел, — громко известила меня мама из прихожей.
Оказывается, я проспал целых четыре часа, — понял я, взглянув на часы.
— Мама, пусть проходит,— ответил я.
Мишка зашел в мою комнату и сразу привычно плюхнулся в мягкое кресло рядом с компьютерным столом. Мишка имел пропорции тела, как он сам выражался, «с запасом, на случай войны», от чего мое совсем новое кресло издало звук, похожий на стон. Все волосы на голове Мишки были собраны по ее центру в небольшой хвостик, а сбоку, словно вылепленные из пластилина, к ней крепились два огромных оттопыренных уха. Все это завершалось бесхитростным и добродушным выражением на его лице. И когда он смеялся над чем-либо, то я смеялся вместе с ним. Для этого мне всегда было достаточно посмотреть на смеющегося Мишку. Когда мой лучший друг был рядом, у меня всегда было отличное настроение, словно Мишка был не человек, а солнце, которому стоило лишь только показаться на горизонте, и мир сразу преображался и оживал.
— Может сыграем во что-нибудь? — спросил он, имея в виду, конечно, компьютерные игры.
При этом Мишка озирался по сторонам так, как будто очутился у меня впервые.
— Погоди, — сказал я, не зная с чего начать. — Того человека сбила машина сегодня. А я был последним, кто с ним разговаривал. Вдруг за мной придут из службы охраны порядка?
— Какого человека? — не понял Мишка.
— Сегодня днем, когда мы за мороженым пошли, — уточнил я.
— Ну, ты и выдумывать, не было там никаких сбитых. Там прохожие собрались, когда я вернулся, и скорая подъехала. Я назвал твой адрес, имя и тебя увезли, — на одном дыхании выложил все Мишка.
Странно, что никто даже не заметил ничего. Кого же так боялся этот незнакомец? И о ком предупреждал из взрослых?