— Геронда, часто приходится слышать об обновлении Церкви. Как будто бы Церковь тоже стареет и ей требуется обновление!
— Постарела? Как бы не так! Да тут даже те, у кого нет благоговения, но есть хоть чуточку соображения в голове, не удовлетворяются новыми современными поделками, а разыскивают древности. К примеру, новописанные иконы таких людей не трогают — они понимают достоинство иконы древней. Уж если так ведут себя просто сообразительные, то что же говорить о тех, в ком есть благоговение!
Вы читаете отрывок из первого тома «Слов» преподобного Паисия Святогорца «С болью и любовью о современном человеке». Ссылки на бумажные и электронные книги преподобного Паисия Святогорца в конце статьи
Из этого сравнения понятно, насколько ошибочны все эти разговоры об обновлении Церкви и подобных вещах. Если сегодня человек старается как-то хранить Предание — соблюдать посты, не работать в праздники, быть благоговейным, то некоторые говорят: «Да он что, с луны свалился? Ведь это всё пережитки прошлого! Сейчас это устарело!» А если попытаешься их образумить, то в ответ услышишь: «Ты в какое время живёшь? Всё это кануло в Лету!»
Мало-помалу Предание Церкви принимают за сказки. Однако что говорит Священное Писание? «Иисус Христос вчера и днесь, той же и во веки» (Евр.13:8). Если человек не может соблюдать Предание, то пусть он, по крайней мере, скажет: «Согреших, Боже мой !» Тогда Бог помилует этого человека.
Но сегодня, имея какую-то слабость, человек хочет принудить к ней и своего ближнего, потому что если у ближнего этой слабости нет, то грешника это обличает.
Возьми бесноватого и помести его в какую-то духовную среду. Вот увидишь — он станет ёрзать как на иголках, не найдёт себе места. Всё потому, что духовная среда будет его беспокоить. Также и люди, живущие в грехе, — правильная жизнь других их обличает, беспокоит. Они стремятся наступить своей совести на горло и поэтому говорят всю эту ложь о пережитках. Даже вечные ценности они объявляют сейчас отжившими свой век и хотят заменить эти ценности на бесчинства.
В мире творится великое растление! Духовную красоту считают уродством. То есть для людей мира сего духовная красота представляется по-мирски некрасивой . А ты возьми какого-нибудь монаха и обстриги ему волосы! Каким же он станет некрасивым! Однако эту некрасивость люди мира сего принимают за красоту.
