Время близилось к полуночи, когда в окно детской постучали. Милка, наевшись огуречных суши на праздничном ужине, крепко спала у горячей батареи, сложив задние лапки на храпящего Теодора. А маленькая Рада рисовала письмо Деду Морозу. Писать она ещё не умела, поэтому старательно раскрашивала семейный портрет, где мама, папа, маленькая девочка и один поросёнка, танцевали возле Эйфелевой башни. На рисунке был еще один поросенок-мопс, но его девочка хаотично зачеркала фиолетовым карандашом, стараясь вычеркнуть с рисунка и из своей жизни. На это у нее были веские причины.
Часом ранее, на праздничной вечеринке, Милка устроила такие умопомрачительные танцы, что, не заметив горы подарков, рухнула на праздничные коробки. По случайному стечению обстоятельств никто не пострадал, кроме керамической розовой миски, которую Рада слепила в подарок Милке своими собственными руками. Это недоразумение так расстроило Раду, что от досады она выкинула и своей подарок от Милки в камин. Так они обе остались без подарков на новый год, и лишенные праздничного салюта в качестве наказания, отправились немедленно спать в свою комнату на второй этаж.
В окно детской постучали еще раз, уже более настойчиво.
– Хохохо, – раздалось с улицы.
Но звук рождественской мелодии в наушниках Рады перебивал любой посторонний навязчивый звук, даже храп двух уставших мопсов.
Старинные часы на каминной полке пробили полночь. Скрипучие половицы принесли крик и звон бокалов с первого этажа. А потом раздался хлопок входной двери и дом погрузился в тишину.
«Все-таки без меня решили пускать салют, никогда не прощу маму и папу за это», – мысли Рады прервал рассыпающийся белый свет за окном.
Она сняла огромные белые наушники, положила рядом с рисунком и, отодвинув антикварный стол, который Варьваря притащила с помойки, побежала к окну, посмотреть на салют.
– Хохохо, – повторился звук уже из камина.
Рада обернулась и почесала пальцем в ухе.
– Ветер, наверное, – прошептала она, желая успокоить стук сердца и подбежала к окну, желая насладиться последним залпом салюта.
– Хо! – громкий звук бахнул у нее за спиной.
Рада взвизгнула, и так как в доме из старших сейчас была только Милка, устремилась к ней, забыв про старые обиды.
– Милка, просыпайся! – прошипела Рада над ухом мопса, оглядываясь по сторонам.
Но собака продолжала крепко спать.
– Милка! – попыталась перекричать храп девочка, – в дом кто-то проник, вставай!
На этой фразе Милка вскочила, как ошпаренная, без следа сна на бежевой морде.
– Надеюсь, они не похитили мои огурцы, которые я выращиваю в сапогах Варьвари.
Рада удивленно взглянула на мопса, но Милка тут же прикрыла рот девочки шершавой лапой.
– Ни слова больше, бежим ловить негодяя по горячим следам.
– Да, только следы холодные и мокрые, растеклись у камина, – уточнила Рада, еще больше взбудоражив сознание мопса.
Милка со второй попытки вылезла из лежанки, пройдясь по голове спящего Теодора. И, придвинув лапу к морде, шикнула в сторону девочки.
– Может это следы не злодея, а Тедика? Видела, как он перед сном вылакал литр огуречной воды.
– Не думаю, – смутилась Рада и подробно рассказала Милке о случившемся.
Дочитать рассказ можно в телеграм-канале https://t.me/+tr1z2qO-M8IzNDUy