Легендарный басист и вокалист THE BEATLES в интервью для Радио Би-би-си рассказывает, как он написал классическую песню Yesterday, вошедшую в альбом Help 1965 года.
Вокал и акустическая гитара Пола Маккартни плюс струнный квартет - вот что понадобилось для оригинальной записи. Существует около 2200 каверов, записанных известными музыкантами во всем мире на Yesterdaу. А сколько всего людей играли эту песню?
Пол Маккартни вспоминает: «Yesterday... Всё началось в Ashley house на лондонской Уимпол-стрит. Очень маленькая мансарда с одним окном, идеальное место для музыканта. Настолько маленькая, что мне негде было хранить наши пластинки, которые мне отправили по почте из США, поскольку в Британии они стали доступны несколько позднее».
«Пришлось держать их на лестничной площадке. Но каким-то непостижимым образом у меня там оказалось пианино, маленькое плохо строящее пианино, которое стояло у моей кровати. И вот во сне я услышал эту мелодию. Проснувшись, я подумал: «А ведь мне она нравится. Где я слышал её? Это Фред Астер? Или Коул Портер? Что это?» Я слез с кровати, а пианино стояло совсем рядом, у меня была эта мелодия, и я подобрал аккорды».
«Чтобы не забыть её, я придумал бессмысленный текст: «Scrambled eggs, oh my baby, how I love your legs, scrambled eggs. (Яичница, о моя крошка, как я люблю твои ноги, яичница)». Вообще-то, я редко так делал, но насколько я знаю, многие музыканты пользуются этим регулярно. Итак, у меня была мелодия, и я думаю, что первым, кого я увидел тем утром возле моего дома, был Джон. Я напел и спросил его: «Что это за песня?» Он ответил: «Не знаю, я никогда ее не слышал».
«То же самое мне сказали Джордж Мартин и моя приятельница певица Альма Коган, они очень хорошо разбирались в популярных песнях. Через пару недель мне стало ясно, что никто не знает ничего про эту песню, и она не существует нигде, кроме как в моей голове. Вот тогда я занялся ей, и потратил время, играя её по-разному, добавляя, меняя и совершенствуя её».
«А вскоре после этого мы с Джейн Ашер полетели в Португалию в небольшой отпуск, приземлились в Лиссабоне и дальше проехали на машине около трех часов, примерно 180 миль, до Албуфейры. Я сидел на заднем сиденье машины и ничего не делал, было очень жарко и очень пыльно, и я был как в полусне: «Scrambled eggs...... бла-бла-бла…… Что бы это могло быть? Yesterday? Suddenly…?»
«И к тому времени, как мы добрались до Албуфейры, я закончил текст. Мы вернулись в Британию, я отнес песню группе, и хотя мы иногда играли ее вчетвером на концерте, на записи Ринго заявил: «Не думаю, что я смогу что-то реальное сыграть на барабанах здесь». Джордж добавил: «Ну да, я тоже не уверен, что добавлю что-нибудь подходящее на гитаре». И Джон сказал: «Мне не придумать ничего. Я думаю, тебе стоит сделать это самому. Это настоящая сольная песня».
«Для нас это стало большим событием, потому что мы никогда не записывались так раньше. Мы всегда были группой. Но после некоторых колебаний я решил попробовать. И еще примерно в это же время мы поняли, что песня гораздо лучше звучит в тональности фа-мажор, хотя я написал ее в соль-мажоре. И тогда мы придумали перестроить гитару на один тон ниже».
«Это означало, что когда вы берете на грифе гитары ноту соль, она на самом деле будет звучать как нота фа. Настройка всех шести струн на тон ниже была в то время для нас новой фишкой, и я смог играть на гитаре также, как когда я сочинял песню, но в тональности, которая, по нашему мнению, звучала лучше всего».