Мы не говорим о конкретном событии, а просто представим условную ситуацию, в которой террорист захватил заложников. Казалось бы, какие между ними могут быть взаимоотношения? Заложники для злоумышленника — способ добиться какой-либо цели, а он для них — угроза.
Однако всё не так просто и сегодня я расскажу вам об одном интересном психологическом эффекте, называемом лимский синдром. Будет интересно, поэтому подписывайтесь на мой канал, ставьте лайк и мы начинаем!
Психология — штука интересная и популярная, поэтому про стокгольмский синдром не слышали, пожалуй, единицы. Если коротко, то это одна из разновидностей взаимоотношений жертвы и обидчика, в случае нашей статьи — террориста и заложника.
По логике заложник должен испытывать к своему захватчику вполне понятные чувства, такие как страх, ненависть, презрение и т.д., т.е. что-то из негативного спектра. Но так бывает далеко не всегда.
Проявлением стокгольмского синдрома называют ситуации, в которых жертва наоборот проникается к обидчику теплыми чувствами. Известны случаи, когда заложники, после того, как террорист, удерживавший их был обезврежен, выступали в его защиту, посещали места заключения, носили передачки и даже вступали в любовные отношения.
Это явление может показаться странным. Объясняется оно защитными реакциями человеческого сознания, получившего мощную дозу негативных эмоций в процессе захвата заложника. Это результат пережитого страха и попытка конвертировать его во что-то хорошее.
Но существует гораздо более странное явление, которое также связано со взаимоотношениями террориста и заложников и называется оно лимский синдром.
Это явление — прямая противоположность рассмотренному выше стокгольмскому синдрому. В этом случае уже сам террорист проникается теплыми чувствами к своим заложникам, перестает причинять им неудобства, помогает и в некоторых случаях вообще добровольно, без воздействия полиции, отпускает их на волю.
Если стокгольмский синдром объяснить можно, то лимский — штука, которая лично меня ставит в тупик. Мне не удалось найти достоверного объяснения в литературе, поэтому я предложу две своих версии, а вы отметьте в комментариях какую из них считаете наиболее вероятной.
Первая — террорист внезапно осознает, что избрал не правильный путь и пытается загладить свою вину перед заложниками, забыв о тех целях, которые он преследовал, захватывая их. Возможно в некоторых случаях мотивация злоумышленника была недостаточной и он просто идет на попятную.
Вторая версия более странная и многие, с кем я об этом говорил, считают ее бредом, но я все равно расскажу. Еще одну вероятную причину проявления лимского синдрома я вижу в том, что изначально, захватывая заложников, террорист понимает, что он сильнее их.
И если у некоторых криминальных элементов сила всегда является орудием насилия, то иные люди, почувствовав и осознав свою силу, могут наоборот использовать ее для защиты и заботы о ком-то. Возможно именно поэтому некоторые террористы, понимая, что они достаточно сильно напугали заложников, загнали их в угол и проявили свое превосходство, начинают о них заботиться.
А у кого-то, возможно, цель захвата заложников — самоутверждение, в том или ином виде. Поэтому когда захват произошел и цель уже достигнута они и пытаются исправить содеянное.
На этом моя статья подошла к концу и я надеюсь, что вам было интересно ее почитать. А если это так, то помогите мне развить мой канал. Сделать это очень просто — достаточно поставить лайк и подписаться :) По желанию можете подписаться и на мой YouTube, где я выкладываю интересные видео и короткие ролики.