Одну женщину, Люсю, внезапно бросил муж.
Скоропостижно променял пышные тридцать четыре на цветущие двадцать, наплевав на двенадцать совместно прожитых.
Собирая чемоданы пояснил, что наконец-то разглядел Люся не та, совсем не та, нет в ней решительности, активности, курица какая-то, ей-богу.
И исчез.
Естественно, возник вопрос «За что» и неприятный вывод «Жизнь кончена».
В таких случаях помогают рыдания на подружкиных кухнях, к ответу не приводят, но через пять-шесть кухонь легчает.
Но поскольку стараниями мужа все подруги были вычеркнуты ещё в начале супружеской жизни, то Люся обратилась к консультанту по семейным отношениям и депрессиям Анне Леоновне.
Прежде всего, веско сказала Анна Леоновна, нужно заглянуть в себя, понять и признать свои недостатки, определить, что именно толкнуло мужа на стезю измены, сперва мы должны разрушить старую личность, отринуть её и лишь затем выстроить новую, привлекательную для партнёра, нас ждёт трудный путь, но моя запатентованная методика гарантирует успех.
И посмотрела проникновенно.
На первом же сеансе стало понятно: муж святой человек, долготерпец, кротко тащивший тяжкий и неудобный для переноски крест, шея в занозах, спина в синяках. Ибо, как выяснилось, достоинств в Люсе кот наплакал, а недостатков хватило бы на десятерых. Не женщина, а гнездовье грехов и пороков, честное слово.
Короче говоря, старая личность лежала в руинах, новая не вырисовывалась, зато за большие деньги был приобретён комплекс неполноценности.
После десятого сеанса Люся, до ушей заполненная отвращением к себе, на дрожащих ногах доползла до сквера и рухнула на скамейку.
На той же скамейке сидела какая-то бабка, крошила хлеб голубям, глянула на Люсю, спросила, что, милая, стряслось, что ли муж бросил
И Люся, как будто ей мало было Анны Леоновны, поведала бабке трагическую историю многолетних мужниных страданий.
А бабка сказала, двенадцать лет прожили дети есть нету молодая, красивая, и на кой тебе козёл гулящий сдался мне бы твои годы, я бы эх!
Анна Леоновна звонила, страшно недовольная, требовала, раз уж Люся отказалась от продолжения терапии, оплатить хотя бы половину из оставшихся сеансов, в конце заявила, что Люся остаток жизни проведёт у разбитого корыта, для неё, как для психолога, это очевидно. И кстати, Люсе не к психологу надобно, а к психиатру, неумение налаживать отношения с людьми вообще и с ней, Анной Леоновной, в частности, есть не что иное, как явный симптом диссоциальной психопатии.
Через полгода муж пытался вернуться, нёс всякий вздор про метания и кризисы разного возраста.
Люсе было не до него.
Руслан Алексеевич, инструктор по экстремальному вождению, считал Люсю самой способной курсанткой, остальные, включая мужиков, и рядом не стояли.
Говорил, что никогда бы не смог полюбить неидеальную женщину, ведущую себя на дороге как заполошная кура.
Хорошо, что Люся не такая.