Следы этой знаменитой кражи питерского ювелирного магазина Владимира Гордона, случившейся в 1908 году, привели в сыщиков в Одессу и Севастополь, а отыскать остальные драгоценности удалось только в Турции.
Хитрый план
Воспоминание об этом резонансном преступлении оставил легендарный сыщик дореволюционной России А. Ф. Кошко, написавший «Очерки уголовного мира царской России». Сам Аркадий Францевич это дело не расследовал, он сообщил, что поиском ворованных драгоценностей занимался некий агент сыскной полиции К. (это был помощник начальника петербургской сыскной полиции ротмистр М. Н. Кунцевич).
Воры залезли в ювелирную лавку Гордона, располагавшуюся на Гостином дворе, через сделанный ими пролом в стене. Стену, разделявшую два торговых помещения, злоумышленники проломили в соседней писчебумажной лавке. Хозяин этой лавки Воронов и обнаружил пролом, когда ранним июльским утром открыл свое заведение. Как показали охранники Гостиного двора, он видели четверых взрослых и мальчика, выходивших из вороновской писчебумажной лавки, однако подозрения эти пятеро у них не вызвали.
Воронов, увидев пролом в стене, вызвал полицию. Прибывшие на место происшествия начальник петербургского сыска В. Г. Филиппов и ротмистра М. Н. Кунцевич удостоверились, что воры проникли в лавку Гордона именно через писчебумажный магазин. Причем впоследствии установили, что кирпичную стену они поливали специальными химикатами, чтобы легче сделать пролом. В заведении торговца драгоценностями царил полный разгром – все был перевернуто вверх дном. Причем воры оставили на месте преступления свой инструмент, при помощи которого взламывались прилавки, ящики в столах и дверные запоры.
Стоимость общего количество украденных драгоценностей (преимущественно изделий из золота, а также бриллиантов; серебро воров не интересовало, изделия из него валялись разбросанными на полу) составляла полмиллиона рублей – злоумышленники унесли с собой множество золотых часов, портсигаров, брошей, колец... Большинство из них были отмечены именным клеймом ювелира Гутмана. Похитители вскрыли при помощи газовой горелки и металлический сейф, находившийся в кабинете торговца (газовый аппарат также лежал в лавке, брошенный взломщиками).
Кого заподозрили в совершении хищения
Как пишет А. Кошко, до революции в России было две категории воров – варшавские и рижские. Варшавские отличались особенной дерзостью и жестокостью, рижские чаще всего с оружием дела не имели.
По Петербургу после этой кражи стали курсировать слухи о причастности к хищению греков. Царские сыщики прочесывали не только Петербург, но и крупные города юга России. За предоставление информации, которая могла помочь следствию, объявили награду в 20 тысяч рублей.
От Одессы до Константинополя
Наконец, агенту Кунцевичу удалось напасть на след части похищенного в одном из одесских ломбардов, где были заложены несколько золотых вещей из лавки Гордона. Оценщик ломбарда, польстившись на вознаграждение, показал на сообщницу преступников, некую Любку, «путавшуюся с греками» – в обмен на половину суммы награды. Остальное, как «договорились» сыщик и делец, должен был получить агент Кунцевич. Однако Кунцевич схитрил, и когда адрес Любки стал ему известен, он сдал мошенника одесским городовым.
При обыске в квартире оценщика ломбарда нашли всего несколько украшений, принадлежавших Гордону. У Любки же драгоценностей не было вовсе. Но сыщики обратили внимание на письмо – сообщницу извещал о своем прибытии в Смирну на пароходе некий севастопольский грек Геропулус. Геропулоса арестовали при посадке на пароход. После тщательного двойного обыска у грека обнаружили большое количество гордоновских бриллиантов, которые преступник прятал в обуви и под одеждой. Но и это количество ювелирных украшений составляло малую толику украденного в Петербурге.
Было принято решение продолжить поиски драгоценностей в турецком Константинополе. Здесь Кунцевичу очень помогли драгоман (переводчик) при русском посольстве и начальник местной полиции. В течение трех дней удалось выйти на след прибывшего из Севастополя грека, который показался подозрительным. При задержании грек чуть не съел таможенную квитанцию, где значились два пакета. Как оказалось, именно в этих свертках и находилось большинство ценностей, украденных у Гордона.
Геропулоса в России осудили на три года, одесскому оценщику за скупку краденного дали 6 месяцев тюрьмы. О том, какое наказание получил грек, задержанный в Турции, А. Кошко не знал. Турецкие власти пообещали своим русским коллегам привлечь его к гораздо более серьезной ответственности, чем та, на которую преступник мог бы рассчитывать при экстрадиции в Россию.