Марина равнодушно скользнула взглядом по витрине, украшенной разноцветными гирляндами. Этот Новый год, похоже, будет самым скучным за всю ее двадцатилетнюю жизнь. Единственное, чего сейчас ей хотелось, так это чтобы поскорее наступило первое, а лучше десятое января, и все забыли про этот праздник.
В город из своей родной деревни Марина переехала два месяца назад. Ей не очень хотелось уезжать из села, но... Работать продавщицей в местном сельпо ей сильно надоело, а другой перспективы не вырисовывалось. Местные кавалеры тоже не слишком нравились симпатичной и неглупой девушке. Потому, собрав нехитрый чемодан, Марина отправилась в областной центр в поисках лучшей доли. Квартиру удалось снять в первый же день. Крохотная малометражка на пятом этаже с бабушкиным ремонтом имела весомый плюс: стоила недорого.
А вот работу найти так же легко не получилось.
— У вас опыт какой? — сразу возникал вопрос у потенциального работодателя при одном только взгляде на резюме. — Вы по специальности работали?
На это Марина могла ответить только вздохом. Ну откуда у нее мог появиться опыт бухгалтера в деревне? Кур, что ли, калькулировать? Она самостоятельно дистанционно выучила 1С, но опыт… Его не было. Работодатель пожимал плечами и обещал перезвонить.
Чтобы хоть как-то свести концы с концами, Марина устроилась уборщицей в ближайший круглосуточный магазин. Работа была несложная — мыть пол утром и вечером, зарплата мизерная, но эти деньги давали хоть какое-то подобие уверенности в завтрашнем дне.
Однако надежда на светлое будущее таяла, как мороженое на солнце. С работой по-прежнему не складывалось, скудные сбережения постепенно подходили к концу. Все это совершенно не добавляло новогоднего настроения.
Но Марина не унывала. Природный оптимизм и трудолюбие давали надежду — все обязательно сложится, пусть и не сразу.
«Подумаешь, встречать Новый Год буду одна… Нет, не одна, а с телевизором. Ну и ладно, зато высплюсь», — успокаивала себя девушка. На самом же деле на душе скребли кошки. Можно было, конечно, на праздники поехать в деревню, но… экономия должна быть экономной. Затраты на билет пробьют последнюю брешь в крайне скромном бюджете.
Бутылку шампанского подарил управляющий магазином, где Марина работала. Мандарины удалось ухватить на распродаже в палатке рядом с домом, а вот с колбасой провернуть такую операцию не вышло. В связи с чем девушка решила — оливье в этот раз будет без любимой докторской.
Марина быстро накрошила салат и включила телевизор. Знакомые с детства песни подняли настроение. Девушка сменила домашний халат на платье и причесалась. Подмигнув себе в зеркало, Марина улыбнулась. В конце концов, можно ведь и для себя любимой устроить праздник. Говорят, как встретишь Новый Год, так и проведешь, так не в халате же его проводить.
«Хочу, чтобы в новом году я встретила свою судьбу!» — закрыв глаза, загадала девушка под бой курантов. Хотелось чувствовать рядом мужское плечо, на которое можно было бы опереться.
На часах было десять минут первого, когда раздался настойчивый звонок в дверь. Марина от неожиданности едва не выронила из рук бокал с шампанским.
«Ошиблись, наверное. Ну, кто ко мне придет, в самом деле, да еще среди ночи».
Распахнув двери, девушка замерла — перед ней стоял Дед Мороз с длинной белой бородой, в голубом халате и с длинной палкой, перемотанной мишурой.
— Здравствуй, девочка! — пробасил Дед.
— Ээээ… Здравствуйте, дедушка… — пискнула Марина. — Вы, наверно, ошиблись?
Де Мороз рассмеялся и ловким движением сдернул с себя шапку и прицепленную к ней бороду. Теперь стало понятно, что в костюме был молодой человек, примерно ее возраста. Смуглый высокий брюнет с выразительными карими глазами. Симпатичный, сразу отметила про себя девушка.
— Вообще-то я сосед снизу. Тут Лилия Петровна жила…Она дома?
Марина помотала головой.
— Я снимаю квартиру, могу дать телефон хозяйки. Если надо.
Дед Мороз вздохнул.
— А можно я зайду к вам в квартиру? Меня, кстати, Андрей зовут.
Парень бесцеремонно подвинул Марину и проскользнул внутрь квартиры. От такой наглости девушка чуть не задохнулась. Да что он себе позволяет!
— Очень извиняюсь, но мне нужен ваш балкон.
Не дожидаясь ответа от Марины, парень ловко открыл балконную дверь, и через секунду навис над перилами.
— Ты что, больной? Прыгать собрался?!
Девушка кинулась на балкон и вцепилась в незваного гостя мертвой хваткой. Размышлять, что у него на уме, времени не было — нужно было спасти этого сумасшедшего от неминуемой гибели.
— Да не собираюсь я прыгать! — выпрямился Андрей. — Я просто дверь захлопнул у себя дома, теперь вот думаю, как в квартиру попасть. Из вашей квартиры можно по балкону спуститься на мой балкон.
Марина с облегчением вздохнула. Хорошо, что этот ненормальный не собрался вываливаться с ее балкона. Все-таки пятый этаж.
— Есть простыни? Сделаем как в кино — свяжем трос, и я по нему спущусь, — с горящими глазами продолжал Андрей.
— Нет-нет, ты что! Меня, кстати, Марина зовут.
Поежившись, девушка зашла обратно в квартиру. Секундой позже в комнату вернулся и Андрей. Он присел на край дивана, озабоченно почесал затылок и внимательно посмотрел на девушку.
— Мне нужно срочно попасть вниз. В конце концов, Новый Год. У вас сейчас гости придут, а тут я.
— Не придут, — помотала готовой Марина. — Я одна встречаю. У меня и оливье есть. Только без колбасы.
Не проронив ни слова, Андрей ухмыльнулся, взял в руки свой мешок и неожиданно достал оттуда… палочку вареной колбасы. Под удивленным взглядом Марины он молча положил колбасу на стол рядом с салатником, полным оливье.
— Да я просто сейчас работников мясокомбината поздравлял с наступающим…
Спустя полчаса молодые люди, смеясь, поедали салат, запивая шампанским. Оказалось, что Андрей — актер местного театра, и на новогодних праздниках подрабатывал Дедом Морозом, поздравляя людей с Новым Годом.
— Самое интересное, — смеясь, рассказывал парень, — что хоть бы кто бутербродик Деду Морозу предложил. Я за полдня чуть ласты не склеил с голодухи. Слушай… мне ведь все равно надо как-то домой пробираться. Не буду же я тут до завтрашнего обеда тусоваться.
— Ну… Если хочешь, то можешь остаться здесь, — выпалила Марина и тут же покраснела от своей бесцеремонности. Разве можно предлагать такое постороннему мужчине!
Андрей удивленно поднял глаза:
— Спасибо… А вообще — новогодняя ночь же. Давай сидеть до утра, у меня тут еще вот… — парень пошарил в своем мешке и извлек бутылку шампанского и коробку конфет. — А утром я на работу съезжу, там у меня запасной ключ есть.
В этот раз новогодняя ночь для Марины закончилась, когда на улице наступило утро. Андрей оказался замечательным собеседником: он рассказывал интересные истории из своей жизни, шутил и вел себя так, будто они с Мариной были знакомы с детства. Она даже поймала себя на мысли, что она рада, что ее новый знакомый не может попасть домой. А еще ей было очень жаль, что эта ночь закончится.
— Знаешь, вообще классно получилось, что я двери захлопнул. Познакомились вот, — собираясь уходить, Андрей внимательно посмотрел на Марину. От этого взгляда у нее даже побежали мурашки по спине. — Слушай… В общем… завтра у меня представление в театре. Я буду ёлку играть…
— Ёлку? — рассмеялась Марина.
— Ну да. Там семейный спектакль… Короче, приглашаю, — немного смущаясь, сказал парень и надел свой дедморозовский тулуп. — А потом сходим куда-нибудь, если ты не против. Нам, кстати, еще бухгалтер в театр нужен, но это потом…
— Конечно, не против. Даже с удовольствием, — девушка едва не подпрыгнула от радости. Андрей приглашает ее на свидание, а это значит только одно — у них все только начинается. Оказалось, желания, загаданные под бой курантов, и вправду обладают волшебной силой.
---
Автор рассказа: Татьяна Ш.
---
Не виноватая я
Юленька с детства была умненькой и хитренькой, как лисичка. Она и похожа была на лисичку: остренький любопытный носик, губки бантиком, ямочки на щеках и лукавые, раскосые глазки. Очаровательная девочка, ничего не скажешь.
Юленьке уже с детства не доверяли. Посмотрят на нее и сразу – не доверяют. Если у кого-то что-то пропадало, в садике ли, в школьной раздевалке, в комнате общежития – подозревали Юленьку. Притом, единогласно.
Юленька растерянно хлопала длинными ресничками, когда первая учительница поставила ее перед классом и объявила, что Юленька не достойна носить октябрятскую звездочку, потому что Юленька украла новогодний подарок у одноклассника Сережи Богданова. Класс зашумел, класс презирал воровку! Юлины одноклассники еще не проходили историю древнего мира и не знали, что в таких случаях разгоряченные гладиаторским боем зрители показывают большим пальцем вниз. То есть – кончать побежденного гладиатора. Победитель, первая Юленькина учительница, удовлетворенно хмыкнув, занесла над Юленькой копье:
- Завтра родителей – в школу!
Что же дальше? А дальше был самый унылый Новый Год в Юлиной жизни. Взбешенные поступком дочери родители закрыли Юлю в комнате на целый день и целый вечер. Юля сидела и слушала, как веселится ее семья, как вкусно пахнет елка, как шуршат подарки. Юля осталась без подарка – Сереже Богданову отдали ее пакет. Юля подозревала, что одноклассник сам стырил злополучный подарок и сожрал его втихаря. А теперь, наверное, дожирает Юлин. Как говорила покойная бабушка Аня, Бог ему судья. Все на свете дается по делам. Когда-нибудь будет и на Юлиной улице праздник!
Правда, праздник все не наступал. Весной маму Юли вызывали к директору: Юля воровала тюльпаны на школьной клумбе. А она не воровала! Просто тюльпаны были такие душистые, такие плотненькие, такие весенние, весенние, что Юленька на колени встала, не жалея колготок, и все цветы перенюхала. Она гладила их и восхищалась тюльпановым совершенством. Но цветы, нежные и беспомощные, не смогли защитить Юлю от директрисы, выскочившей, как придурошная, на улицу, и оравшей на всю улицу:
- Каткова! Завтра мать – в школу!
Если бы Юлька была моей дочкой, я такое бы устроила этой чеканутой директрисе! Я бы ей все припомнила! Она бы у меня попрыгала! Я бы заставила ее пересчитать все цветы во всех клумбах. Я бы заставила ее найти хоть один сорванный тюльпан. Или, хотя бы пенек от него! И, в первую очередь, я поговорила бы с Юленькой лично. Спокойно и доброжелательно, как положено разговаривать с десятилетней испуганной девочкой.
Но Юли была своя мама, черствая, жесткая, не менее придурошная, чем директриса. Форменная истеричка, которой совершенно неинтересен был богатый внутренний мир дочки. Даже не в маме дело, честно говоря. Время было такое – на учителей смотрели, как на богов. И это, правда, хорошо. Сейчас на педагогов, издерганных психованными мамашами, администрацией и наглыми детишками, больно смотреть.
Просто Юленьке очень не повезло в свое время. Кроме покойной бабушки ее никто не любил, у близких не хватало ума и чуткости полюбить странную, задумчивую, очень хорошенькую девочку с ямочками на щеках.