Навеяно рассказом Зощенко "Лимонад", опубликованным в одной из недавних статей канала "Русская деревенская кухня"
Сам я, если поблизости не видать Ипполита Матвеевича, личность малопьющая. Ежели другой раз и выпью, то совсем символически - только если надо свадьбу расстроить или же поминки поддержать. Но больше как две бутылки за раз мне нипочём не употребить, так как здоровьишко уже не позволяет - мои частые сосимпозитарии Анатолий Васильевич и Евгений Владимирович не дадут соврать.
А на очередной диспансеризации врачи так и заявили, что органы, дескать, у меня ещё вполне в аккуратном виде - пузырь не протекает и сердце даже шире, чем надо. Но пить посоветовали перестать, ибо очень даже запросто могу дать с перепою натурального дуба. А помирать мне неохота, раз я в самом расцвете творческих сил и физического здоровья с большим сердцем и непротекающим пузырём.
"Надо бы вам, Предводитель творческого алкоголизма, - говорю я нашему колдырёнку, - в Париж прямо сегодня срочно эмигрировать, и желательно навсегда."
Воробьянинов, конечно, плакал и унижался, но в итоге собрал вещички и на перекладных извозчиках отправился на Кольцовский аэровокзал.
Прошёл час, другой - отправились мы с Гаргантюа в семь часов вечера после работы отобедать в ресторацию.
Посадка была почти полная, так как самая страда новогодних корпоративов повсюду.
Но свободный столик нам, как постоянным гостям, исхитрились таки найти.
Оголодавший за время предпраздничной рабочей смены до потери этикета великан потребовал отожрать себе салату фирменного, который, по слухам, был изобретён самим владельцем сего трактира. А чтобы наверняка не уйти голодным, для страховки на десерт дозаказал жарко́го горшочек. И водички графинчик, дабы не всухомятку питаться.
Я же кваску кружечку испить желание высказал.
Так как снаружи трещали отнюдь не майские погоды и видок у нас был несколько сосулькообразный, нам для возвращения в кондиционный вид даже презентовали кружку горячего народного снадобья для безалкогольного обогреву организма.
Еду Гаргантюашью готовили долго, зато напитки разлили в надлежащую посуду моментально и оставили на баре дозревать.
- Ей! - кричу. - Несите-ка их быстренько сюды, а то во рту так пересохло, что аж язык к щекам прилипает!
"Ну, - думаю, - наконец-то квасу домодельного жахну!"
А он отчего-то излишне кисловат, но с объёмной горчинкой, нисколечко не сладкий и пенится подозрительно. И тем не менее вкусный и вполне выпивабельный.
Король Утопии водицы же как раз стопочку нацедил и в себя опрокинул.
"Холодненькая, - удовлетворённо рыгнул он, - только, кажись, водка это..."
Но тут чудо-салатик с мясными рулетиками как раз подоспел, поэтому ругаться с персоналом по поводу наших напитков стало как-то неловко. Вместо этого Грангузьевич ещё рюмку водички себе налил и под неё один из рулетов с беконом и языком целиком незамедлительно заглотил.
"Шикарно!" - впав в нирвану, молвил он.
"А с водой-то что?" - вопрошаю я, начиная что-то подозревать.
"Известно что, - налил себе очередную порцию великан и зачерпнул на вилку кусок салата, напоминающего творение Люсьена Оливье, - водка самая что ни на есть всамделишняя!"
Когда раблезианскому обжоре по окончанию первого блюда подали горшок с жарки́м под крышкой из теста, мы залюбовались красивой подачей и опять про подставу с напитками спросить забыли.
Да и от одного вида этого блюда так и шептал на ухо знакомый, скрипучий как у несмазанной телеги, голос, что надо бы дозаказать ещё графинчик. Что-то мне подсказывало - кое-кто вероломно никуда не поехал, а всё это время прятался от нас под столом.
Само жарко́е было сытным, с простым мужицким вкусом говядины, картошки и грибов со сливками - ничего лишнего, прямо как Гордон Рамзи на своих кулинарных мастер-классах вещает.
Допив подозрительный квас, я отлучился покурить.
И по ощущениям за время перекура на улице как будто потеплело градусов эдак сразу на пятнадцать.
А по возращению ждала меня полная сюрреализма картина - напротив Гаргантюа, как ни в чём не бывало, сидел экс-регистратор Старобельского ЗАГСа в треснувшем пенсне и потёртой шляпе, на пару с великаном гипнотизируя три стопки с разноцветным содержимым.
"Ну что - накатим по стремянной за именинника по Грегорианскому календарю? - проблеял охотник за тёщиным гарнитуром. - Я по такому случаю для каждого из нас на пробу разных настоек заказал! - похвастался он, тут же добавив: - Но хреновуха, чур, моя!"
А нам ещё и котелок супцу под деревянной крышкой принесли. И, судя по лимону, поданному, как и сметана, отдельно, должен был оказаться этот суп всенепременно солянкой (ну не Фо Бо же в ресторане русской кухни ожидать).
Интуиция меня не подвела. А имбирная настойка порадовала Гаргантюашу, прекрасно дополняя густую, с солёными огурчиками и оливками, солянищу.
Пока раблезианец выдавливал своею лапищей в бульон половину лимона, Ипполит Матвеевич исхитрился ложку в супец окунуть и хреновуху свою им запить, радостно крякнув то ли от воровского азарта, а то ли от вкусового восторга.
Мне же с перцовкой не так повезло - драла горло как наждак. Тоже солянкой запивать пришлось.
В счёт вместо воды и кваса нам включили водки сибирской да пива чешского.
- Мы, - говорю я девушке-официантке, - квасу и водички просили, а вы, Ирина, нас пивом с водкой зачем-то совратили - нехорошо это как-то.
- Так вы, - отвечает она нам, - когда столик за час до своего прихода по телефону бронировали, строго-настрого наказали, что когда квас будете просить - пива кружку вам выносить, а ежели хотите водички - значит водки поставить пред вами графинчик. Дескать ваше начальство здесь частенько столуется и вы скомпрометировать себя пред ним опасаетесь.
Так из-за хитроумного пенсионера Кисы я пить и не бросил, хотя желание имел горячее. Но раз жизнь диктует свои законы, придётся подчиняться.
Итоги:
- Салат "Подкова" - 5/5
- Жаркое - 5/5
- Пиво "Черновар" - 4/5
- Хлеб - 4/5
- Солянка - 5/5
- Имбирная - 5/5
- Хреновуха - 4/5
- Перцовка - 3/5
- Сервис - 5/5
- Атмосфера - 5/5
Предыстория сей истории опубликована тут👇