«Странное это чувство, когда ты оторван от мира и предоставлен самому себе. Вот скоро я проголодаюсь и буду вынужден пережёвывать эту сушёную дрянь, хрустеть сухарями... Да… чем бы себя занять? Смартфон можно смело запулить в …. Нет, буду смотреть на нём только время. Интересно, когда в нём кончится зарядка? А что, обязательно надо чем-то заниматься? По видимому здесь нужно всецело посвящать себя выживанию в качестве тела, ибо уму здесь не за что зацепиться. Как бы здесь не сдеградировать до гиббона. Нужно пойти подышать свежим воздухом. Воздух в тайге действительно свежий. Свежий и чистый. Пахнет мхом и хвоей, прелой корой, и ещё чем-то… смолой что ли.
Я двигался не спеша, шёл к ручью, дорогу к которому описал Олег. Всё прислушивался, но кроме отдалённого треска сухих веток ничего не слышал. Меня не переставали донимать мысли, которые я притащил сюда из города. Они выстраивались вереницей в очередь, толпились, создавая суматоху, мельтешили, исчезали, потом вновь появлялись. Я всё ещё находился там, а всё, что было меня вокруг, воспринималась мной как декорация, которую можно было при желании убрать, нажав на клавишу Delete. Когда я опомнился, то есть, понял вдруг, что я один в лесу, то есть, совсем один и незнамо где, мне стало не по себе. Я повернул назад. И тут до меня стало доходить: куда я иду? Туда ли? Я этого не знал. Я вдруг осознал, что я потерялся, как пятилетний ребёнок.
Так. Приехали. Идти куда-либо не имело смысла. Я сел на пятую точку. Кругом хвойные деревья, валежник. Нужно было напрячь мозги и принять решение. Но я не мог. Меня охватила паника. Я стал всматриваться в собственные следы. Я их вообще не находил. Как найти обратный путь к зимовью? Я почувствовал в теле мелкую дрожь. Если я тут загину, никто об этом не узнает, потому, как мои останки растащат волки, росомахи и медведи, о которых так красочно живописал Олег. Вот позорище – так загинуть! Зачем я набивал мозги разными знаниями в течение пяти лет? Что нужно сделать, чтобы попасть в эту чёртову избушку? Там хотя бы я не околею от холода, не погибну от голода, и не буду съеден медведями. А вдруг косолапый? Почему я не взял ружьё? Мне же обо всём говорил этот самый бывший лузер. Даже оставил записную книжку, где красным по белому мои действия на случай, если…. Блин, а я даже не удосужился её прочитать. Он говорил, чтобы поначалу я делал ножом метки на деревьях, чтобы не заблудиться. Я даже нож не взял. Если медведь, что делать? Лезть на дерево? А ну как он за мной полезет? Я отломил сухую ветку и изобразил на земле, подернутой мхом, точку. Это избушка. Допустим, я пошёл в эту сторону, а не в ту и остановился здесь. Я прочертил линию. Но эта линия, то есть, мой путь от меня скрыт. Его надо узнать. Как? Я заставлял себя сосредоточиться, но в башке – проклятые танчики и сюжеты из плей стейшена.
Да что же это такое! Вдруг я услышал треск сучьев. Мои раздумья резко сублимировались в чёткую последовательность действий. Сам не помню, как я очутился на верхотуре огромной пихты.
Оттуда я узрел ложбину, которую встретил на своём пути. Значит нужно до неё дойти. Это должно сократить мой маршрут метров на сто. Уже хорошо. Плохо то, что рядом кто-то ломится и не понятно кто. Постепенно треск стал удаляться, видно, некий зверь шёл своей тропой…»
Продолжение следует.