10 сентября 2021. Из дневника. Вып. 26.
С чего начать? Мистическим выдалось это лето, птички залетали в омшанник, в летнюю кухню, стучались клювиками в окно избушки.
Пасечник уазик на пасеке бросил, некому меня вывезти. Продукты сгорели, осталась картошка и рыжики. Летняя кухня вспыхнула восьмого утром, выгорела изнутри. Чудным образом обошлось, сижу в центре огня, не жарко, пол горит, крыша в пламени, на столе пластиковые бутылки с минералкой плавятся, за спиной канистра с сывороткой сплавилась наполовину, иконка с Иоанном Кронштадтским оплавилась. Умывальник с водой свечкой от пола до потолка полыхал, все поликарбонатовые окна потекли, а мне хоть бы хны. Смотрю огонь верховой, а по центру от газовой плиты шланг к баллону с газом идёт, вместо двери стена огня, бежать некуда.
Удивительно спокоен был, думаю, так секунд 40-50 у меня есть, потом рванёт. С двери поликарбонат стёк и стал виден просвет двери, выбежал и к квадратному баку в вёдра воду наливать, первые три ведра на газовую печку вылил, огонь отсёк, она рядом с печкой, которая от дизтоплива и отработки топится, её поливать смысла не было, она изнутри с топливом горела. А там и Пасечник включился, вдвоём по цепочке: я наливаю - он поливает, загасили и внутри, и сверху крышу.
Прошли огонь (пожар)и воду (потоп), остались лишь медные трубы (Пасечник в оркестре на трубе играл, а у меня всё впереди (смайл)). Перед тем как полыхнуло Пасечник в костре сжёг настенные часы, два циферблата пластиковых, китайских на батарейках, не шли они никак. Захотелось так, чтобы время не стояло, чтобы жизнь впустую не текла, а черти огрызнулись синим пламенем.
Оправа очков на переносице у меня оплавилась, а так жара не почувствовал, волосы и брови не опалились. Восьмое сентября могу считать вторым днём рождения, хотя он был моим самым первым днём. 8 сентября 1968 года в селе Берёзовка в Тамбовской области у мамы с папой была свадьба и аккурат через девять месяцев, 7 июня 1969 года я народился. Вот такое совпадение, мистика и спасение. Иконку оплавленную с ликом Иоанна Кронштадтского в избушку перенёс, в красный угол на полочку поставил. Немного драйва в дневнике появилось, а то всё как-то гладко было. Пасечник, когда всё потушили, пошутил:
- Не думай, что я тебя выживаю. Я тебя выжигаю!
Таким непростым продолжение лета случилось, а «лето – это маленькая жизнь», - пел классик. По-иному теперь эта митяевская строчка восприниматься будет, по-иному…