Ирина разводилась с мужем тяжело. На шестом году совместной жизни Борис завел роман с секретаршей и подал на развод. Ну, что же, дело житейское. Ирина не стала ему устраивать истерики, хотя обидно было до слез. Но больше всего она переживала за их дочку Снежану, потому что вскоре выяснилось, что Борис относился к мужчинам, которые разведясь с женой, обрубали и все связи с детьми.
Зарабатывал он хорошо и пришел в бешенство, когда жена подала на алименты.
- В честь чего я должен отдавать четверть зарплаты твоей девчонке? – кричал он.
- Почему - моей? – оторопела Ирина.
- Она на меня вообще не похожа – неизвестно, от кого ты её нагуляла.
- Не суди всех по себе, - резко оборвала его бывшая жена. – Сомневаешься, сделай тест ДНК, а попусту незачем языком молоть.
Тест Борис делать не стал, зато во время раздела имущества показал себя во всей красе, цепляясь за каждую тарелку. И всё это с оскорблениями, угрозами и ночными звонками.
Немудрено, что сразу же после окончания процесса Ирина продала всё, что досталось ей от разоренного семейного гнезда, и переехала в другой город. Родители у неё умерли, а близким подругам она всё объяснила.
- Пока только по телефону связь держать будем. Можете не выдержать и проговоритесь Борису. И кто знает, что ему в очередной раз в голову придет? А у меня уже и так веко дергается – не хватало, чтобы инсульт разбил. Кому тогда Снежанка моя будет нужна, раз ей такой дерьмовый папаша достался?
Снежана была чудесной трогательной девочкой. В роддоме ей ставили диагнозы один страшней другого, но потом она вроде бы переросла младенческие болячки. Однако сейчас девочка очень тяжело переживала развод родителей. Ирина нашла работу фрилансера, чтобы как можно больше времени проводить с дочерью. Снежана пошла в садик, нашла новых подружек и всё реже спрашивала об отце.
И вот, когда их жизнь вроде бы наладилась, однажды на прогулке женщина обнаружила, что за ними следит какой-то мужчина. «А вдруг маньяк какой-нибудь? Или Борис сыщиков нанял, чтобы нас разыскать?»
Прошло два года после развода, но от подруг Ирина знала, что детей у бывшего мужа в новом браке так и не появилось. «Мало ли, что ему в голову придет? То кричал, что дочь ему не нужна, а теперь кинется отсуживать?»
Через пару дней, когда женщина пришла за дочерью в детский сад, её пригласила к себе заведующая.
- Хочу предупредить, что воспитательницу Снежаны пытался подкупить какой-то мужчина. Просил её расчесать девочку и волосы отдать ему, но у нас работают порядочные люди.
Ох, как же Ирина разозлилась! Вернувшись домой, женщина сразу же позвонила бывшему супругу.
- Ты когда-нибудь угомонишься? Хватит подсылать ко мне сыщиков! Сомневаешься в отцовстве, так открыто сделай тест на ДНК.
- Я не сомневаюсь, - язвительно ответил Борис, – теперь точно знаю, что Снежанка не моя дочь – нашелся её биологический отец. И как только он отберет у тебя девчонку, шиковать на мои алименты уже не сможешь.
- Что за бред!
- Как я понял, в роддоме подмена произошла. Этот мужик – Костин Олег Юрьевич - нашу семью три года искал, а когда нашел, ты уже лыжи в неизвестном направлении навострила. Вот он в сыскное агентство и обратился.
Ирину отказались держать ноги.
- А где тогда наша дочь?
- Умерла три года назад от лейкоза. Для операции понадобилась трансплантация костного мозга. Вот во время поисков донора всё и выяснилось. Жена Олега Юрьевича не выдержала двойного удара, но перед смертью взяла с него клятву, что муж найдет их дочь. Детективы проверили уже всех, кто шесть лет назад лежал с ней в одном отделении.
Супруг ещё что-то говорил, но в его голосе женщина не услышала ни сожаления о погибшем ребенке, ни озабоченности тем, что станет со Снежаной, если она окажется объектом спора между биологическим отцом и Ириной - одно только злорадное ликование, что ему больше не надо будет платить алименты.
Ирина с нежностью посмотрела на что-то увлеченно рисующую дочь, и при мысли, что может её потерять, испытала неописуемый ужас. Она позвонила подруге-юристу.
- Ничего себе, история, - посочувствовала та, - но, знаешь, ты далеко не первая, кому в роддоме подменили ребенка. Ничего не бойся. Как бы детектив не собирал тайком биоматериал, для суда это никчемная бумажка. А если не дашь письменного согласия этому мужику на проверку ДНК дочери, никто тебя это сделать не заставит.
- Да я-то откажу, но боюсь, что Борис уже такое разрешение дал.
- Суд в таких делах всегда исходит из интересов самого ребенка. Но если господин Костин наймет хорошего адвоката, нервов он тебе может потрепать немало. А если умудрится подкупить судью – замучаешься искать справедливость.
Ирина взглянула на рисунок дочери. Довольно улыбавшаяся девочка изобразила яркие цветочки на лугу. Снежана недавно пережила предательство отца. Что будет, если несчастного ребенка вдобавок лишат и любящей матери? А как сама Ирина будет жить без своего «солнечного зайчика»?
Она крепко обняла Снежану и уткнулась носом в детскую макушку. «Что делать? Бежать? Но разве в современном мире можно куда-то скрыться? А если купить в интернете поддельные документы? Господи, какие глупости лезут в голову?» Ирина прикидывала и так, и этак, пока не поняла: «Надо договариваться».
На следующее утро она подошла к детективу.
- Я хочу встретиться с вашим нанимателем, чтобы всё решить полюбовно.
- Хорошо, - обрадовался мужчина. – Я свяжусь с Олегом Юрьевичем. Он – занятой человек, и ему будет нелегко найти время для поездки.
- Олег Юрьевич может не торопиться, - сухо улыбнулась Ирина.
Костин появился в доме Ирины спустя три дня после этого разговора. Он оказался немолодым мужчиной с седой шевелюрой. Правда, такой костюм и «ролекс» на запястье мог позволить себе только человек с немалыми средствами. У Ирины противно заныло сердце. За спиной этого мужчины с усталыми серыми глазами, наверняка, целая свора опытных адвокатов
Ирина прижала к себе Снежану, с простодушным любопытством глядевшую на незнакомого дядю. Отец и дочь были настолько похожи друг на друга, что последняя надежда, что речь идет о каком-то другом ребенке, исчезла.
- Олег Юрьевич, - в отчаянии обратилась к мужчине Ирина. – Вы любили мою дочь?
- Я любил свою дочь, - тихо пояснил ей Костин. – И ничего не изменилось оттого, что у меня стало две дочери.
- Тогда вы поймете, что Снежана все, что у меня есть. Она - мое сердце, моя душа…
Ирина говорила горячо, но чувствовала, что её слова не достигают цели.
- Вы так молоды. Можете родить себе ещё много детей, тогда как моя несчастная жена не сможет найти покоя и на том свете, если я не верну ребенка в отчий дом, - спокойно ответил Костин.
- Ну а сама Снежана? Её чувства вас совершенно не интересуют? Малышка два года назад лишилась отца. Борис оставил нас ради другой женщины, не подумав, как будет страдать малышка, как она будет постоянно звать папу и спрашивать, когда он придет. Снежаночка только-только пришла в себя, вновь стала жизнерадостным ребенком, и вы хотите нанести ей новый удар, теперь уже лишив матери?
- Она ещё мала.
- Но не настолько же, чтобы забыть, как сильно её любила мама. Что потом будет с ребенком, оправится ли девочка хоть когда-нибудь от полученной травмы? Нельзя же резать по живому… это безбожно! Все равно, что разорвать нас на половинки.
Её голос дрогнул, и женщина прикусила губу, чтобы не расплакаться.
Олег Юрьевич тяжело вздохнул – ему этот разговор давался не легче.
- Конечно, я помню притчу о суде Соломона, и не хочу, чтобы мой ребенок страдал. Но какой выход из положения вы можете мне предложить?
Ирина судорожно сглотнула.
- Все эти дни я думала об этом, - призналась она. – И пришла к выводу, что у нашей девочки может быть как у всех детей и мать, и отец. Множество пар живут в разводе, в равной степени участвуя в воспитании ребенка. Хотите, я перееду со Снежаной в ваш город, чтобы вы смогли постепенно привыкнуть друг к другу. Я фрилансер – мне все равно, где жить, чтобы зарабатывать деньги. Пусть главным в этой страшной ситуации станут все-таки интересы ребенка.
Олег Юрьевич долго думал, глядя на дочь, и когда Снежана ему робко улыбнулась, согласился с предложением Ирины.
- Ну что же, по крайней мере, посмотрим, что из этого получится.
Через полгода они поженились, а через два года у супругов Костиных родился сын. К счастью, к тому времени изменились порядки в роддомах, и кроватка сына теперь стояла рядом с кроватью матерью. И всё равно Ирина даже на минуту не выпустила мальчика из виду, чтобы не дать судьбе ни единого шанса второй раз лишить её родного ребенка.
Если вам понравился рассказ, ставьте лайки и подписывайтесь на мой канал