Я всегда предпочитал ездить плацкартой, даже когда денег было больше, а билеты стоили много меньше. Обманная комфортность купе не компенсирует давящую тесноту, неудобства чужого присутствия, раздражения от неотвратимой навязчивости. Всё это свойственно и плацкартному вагону, но общее неудобство, поделённое на 40-50 человек, не кажется таким обременительным. А какие истории можно услышать или, не дай бог, участником событий стать.
В этот раз, а прошло уже много лет с того случая, моими попутчиками стали два бодрых старичка. При знакомстве они представились, одному было 72 года, другому немного меньше. Оба были из Новокузнецка, оба помнили времена, когда на месте города были несколько близких деревень, а строительство ещё не начиналось. Старичкам очень хотелось наговориться, но видно, жизнь они прожили не так интересно, а поговорить всё равно надо, поэтому они и придумывали чего не было и быть не могло. А если и было, то не совсем так и не совсем с ними, они и сами искренне верили в свои небылицы. Договорились они и до историй про волков.
"Это было в начале тридцатых годов" - начал рассказывать первый дед. Приехал в нашу деревню, в отпуск военный, красавец парень, кровь с молоком. Ну наган то ему в отпуске не полагался, а шашка, по форме одежды, при нём была. И загорелось ему в соседнюю деревню смотаться. По зимнему времени стемнело рано, да ехать то рукой подать, версты три, не более. Ну взял он у кого то у соседей лошадь и тронулся. А зима в тот год лютая была, теперь таких морозов и не бывает, и волков развелось тьма тьмущая. Только выехал он за околицу, вот они тебе и на!
А дорогу то уже наездили, по сторонам сугробы в рост. Пока будешь разворачиваться, тут они и накинуться. Что делать!? Ну парень то, видно лихой был, шашку выхватил и давай пластать направо и налево. Наутро, как рассвело, глянули, мать честная, вся дорога от деревни до деревни волчьими тушами выстлана. Во оно как!"
Рассказчик замолчал. Он разволновался, подался вперёд и ещё шевелил губами. Второй дедок, слушая эту балладу, азартно ёрзал тощим задом по вагонной полке. Ему не терпелось показать свою историю и посрамить своего случайного попутчика. Но вот дошла очередь и до него;
"Я тогда на лесозаготовках работал. Примерно в те же годы это было. Надо было мне новую деляну осмотреть. Когда я до места прибыл, уже темнять стало. Чтобы время не терять, я коня привязал, да на кедру подходящую влез. Осмотреться значит. Да-а. Поверишь ли, хоть я кожушок под кедрой оставил, а в миг жарко сделалось. Вкруговую огоньки жёлтые, одиннадцать пар насчитал, окружили значит. Волки. Конечно, я сначала запаниковал, а потом соображать начал. Спокойно так с дерева слез, как будто ничего не замечаю, ещё назло им цигарку раскурил. Знай наших. Два патрона в стволы, остальные по карманам, чтобы доставать удобнее, на коня махом взлетел, и давай охаживать. А они за мной, волки то."
Тут рассказчик сделал паузу, вытер уголки тонких губ, отхлебнул из бутылки минералки, помолчал немного и продолжил:
"Ну, я то коня каблуками понужаю, а сам обернусь и через плечо, чуть ли не в упор, они то наседают. Так всех одиннадцать и положил. Да вот беда то какая, и я ничего поделать не смог. Конь мой понёс с перепуга, да так грудью в закрытые ворота и вдарился, я только успел с него на полном скаку кубарем слететь. Ну конь то, понятное дело, сразу насмерть, а я только поисцарапался весь."
Старики надолго замолчали, разволновавшись от воспоминаний своей героической молодости, они рады были верить в сочинённые небылицы. Не такой уж скучной казалась прошедшая жизнь, и не такой одинокой наступившая старость.