Никита Константинович Добрынин, а именно так на самом деле звали Никиту Пустосвята, был суздальским священником, который наотрез отказался принимать церковную реформу патриарха Никона. Имя его стало известно на всю Россию после «прений о вере», проходивших в Грановитой палате в присутствии царевны Софьи. Это событие было отображено в картине Василия Перова «Спор о вере» и стало знаковым для всех раскольников. Пустосвят же вошел в историю, как человек, которого власть отторгла, но за что и почему?
В 23 года священник за свои редкие способности в чтении и пении был поставлен попом Суздальского собора. В дальнейшем он мог бы дослужиться до высоких церковных чинов, но...
Никита Добрынин участвовал в исправлении и печатании церковных книг вместе с протопопом Аввакумом, но при патриархе Никоне эти издания подверглись новому исправлению. Реформа пересматривала все церковные догмы и признавала их неверными, отвергая многие традиционные церковные устои. Такого суздальский священник терпеть не стал.
В 1659 году он прибыл в Москву и подал на архиепископа Стефана донос об уклонении от православия. В челобитной, поданной говорилось: «Служит церковные службы не по правилам, кровь христианскую проливает неповинно, всякого чина людей бьет палками, и от тех побоев многие поумирали». По проверенному следствию, несмотря на подтверждение многих свидетелей и даже частичное сознание самого архиерея, Стефан был оправдан и в наказание публично отрешил Никиту от места. Полученную грамоту Никита изорвал, избил читавшего ее дьяка, проклял Стефана и снова послал государю челобитную с подробнейшей «росписью» преступлений архиепископа. Однако созванный по этому делу Собор не поддержал Никиту и встал на сторону его оппонента.
Находясь под запрещением, Добрынин принялся за составление «Челобитной», которая была окончена в конце 1665 года. Узнав о ее существовании, правительство немедленно конфисковало сочинение и поручило написать на нее опровержение митрополиту Паисию. Но тот не знал русского языка и, вероятно, читал эту «Челобитную» в переводе Симеона Полоцкого.
Полоцкий занялся этим вопрос серьезнее и написал «Жезл Правления», где рассматривал взгляды Никиты в 30 «возобличениях». На Соборе 1666 года была прочитана в присутствии Никиты его «Челобитная» с возражениями на неё и сделаны попытки к его вразумлению. Он же не только остался непреклонным в своих взглядах, но жесткой критикой продолжал указывать архиереям на их невежество. В ответ на это Никиту, как и всех старообрядцев, отлучили от Церкви и постановили заточить в темницу Угрешского Николаевского монастыря. Тогда же он получил имя «Пустосвят».
Добролюбову грозила смертная казнь, из-за чего ему пришлось формально покаяться. В челобитных к государю и к Собору он просил о прощении и 26 августа 1667 года был освобождён и привезён в Москву, однако без возвращения сана.
О дальнейшей жизни Никиты вплоть до 1682 года ничего не известно. После смерти Феодора Алексеевича в стране было неспокойно: стрельцы открыто бунтовали, а за престол боролись нескольких влиятельных боярских кланов. Воспользоваться шаткой ситуацией решили и сторонники старой веры, задумав восстановить «древлее благочестие». Они занимались пропагандой своих воззрений в полках и планировали выступить на Красной площади. Главным агитатором в пользу восстания глава Стрелецкого приказа князь Хованский избрал Никиту, который добился назначения «прений о вере» в Грановитой Палате Московского Кремля в присутствии царственных особ.
Еще перед входом в Кремль на крыльце старообрядцы столкнулись со священниками, которые не пускали их внутрь и даже изрядно поколотили. Самого Пустосвята, как говорили, таскали за волосы. Однако прения все же были произведены. Они состоялись 5 июля 1682 года, проходили с применением даже рукоприкладства по отношению к раскольникам, но не привели ни к какому результату. Патриарх Иоаким открыто говорил, что раскольникам не пристали исправлять какие-либо церковные ошибки, так как они ещё «грамматического разума не коснулись». Хотя выйдя из Грановитой палаты, Никита и его сторонники громко провозглашали свою победу.
Царевна Софья на следующее утро приказала схватить их. Пустосвята поволокли на Красную площадь, где ему прилюдно зачитали приговор: «Казнить тебя смертью, чтобы иным таким ворам неповадно было впредь так воровать и на государей своих такие хульные и непристойные слова износить». Попа казнили, и он оказался первым и последним осужденным, которому отрубили голову на Лобном месте, откуда обычно только зачитывали царские указы. А его соратники были разосланы по монастырям, откуда некоторым удалось бежать.
Сохранилось предание, что сторонники старого обряда тотчас после казни собрали останки Никиты и похоронили их в Гжатске Смоленской губернии.
Пустосвят же с этого момента стал восприниматься старообрядцами как «столп правоверия» и стал в их рядах особо почитаем. Те же, кто придерживался реформы Никона, отзывались о нем как о человеке грубом и невежественном. Дальнейшие изучения его личности проходили лишь через призму «изобличений» Симеона Полоцкого и продолжали продвигать версию о Пустосвяте как о «глупом раскольнике», выступавшем против государства.
Особое внимание к случившемуся «спору о вере» привлек художник Василий Перов, написавший по этим мотивам свою знаменитую картину, самое большое, к слову, из созданных им полотен. Благодаря помощи писателя Мельникова-Печерского даже были найдены портреты ряда участников того Собора, которые помогли воссоздать эпизод с большей доскональностью, натурщиком для образа Пустосвята же выступил некий бродяга. Художник приурочил конец работы к 200-летнему юбилею изображаемого события, но тяжелая и трудоемкая картина так и не была им завершена - живописец скончался от чахотки как раз в 1882 году. Однако даже в таком виде полотно, приобретенное Третьяковым для своей галереи, получило высокую оценку современников. Только в советское время картины Перова, в том числе и «Никита Пустосвят. Спор о вере» подвергались резкой критике, но это было скорее по идеологическим причинам.