Письмо четыре ста два десет и осемь.
Достопочтенные читатели!
6 октября 1917 г. 3-й обер-квартирмейстер Главного управления Генерального штаба полковник Михаил Федорович Раевский подал доклад 2-му генерал-квартирмейстеру полковнику Николаю Лаврентьевичу Голеевскому о том, что при Durchsuchung у Фарди отобрана вся переписка, оный арестован по требованию главнокомандующего войсками Одесского военного округа, в Центральном контрразведывательном отделении не имеется материала, могущего клониться к обвинению в преступлении, посему Фарди зачислен содержанием за контрразведывательным отделением Одесского военного округа. Фарди заявил протест против пересылки оного в Одессу, ибо сам возбудил дело против чинов окружного штаба по обвинении в способствованию неприятелю, и попросил об оставлении в Петрограде, опасаясь за целость жизни. Раевский посчитал наиболее целесообразным поручить расследование какому-либо из чинов Одесского контрразведывательного отделения, вызвав такового в Петроград.
12 октября временно исправляющий должность начальника штаба Одесского военного округа полковник Виктор Михайлович Васильев сообщил, что никакой судебной тяжбы от Фарди не имеет, сам Фарди никакого интереса не представляет, надобности в отправлении оного в Одессу нет, но изъятая при обыске переписка необходима для выяснения виновности Фарди, посему попросил о пересылке всего материала в Одессу.
8 ноября начальник Главного военно-судного управления генерал-лейтенант Владимир Александрович Апушкин сообщил в Главное управление Генерального штаба, что присяжный поверенный Фарди обратился с жалобой на незаконные действия начальника Одесского военного округа, и управлению пришлось давать разъяснения. Однако Фарди сделал еще один, более неожиданный ход в свою защиту, о коем поведаю в другой раз.
Покорный к услугам, Baron de la Yausa.
#шпионы #1917