Даже такой безусловно гениальный писатель, как Михаил Булгаков своих героев списывал. Но списывал их у жизни – окружающие его люди и были прототипами персонажей его рассказов, романов и пьес, и очень интересным мне представляется узнать побольше о тех, о ком это возможно.
Краткая преамбула
Почему вообще сейчас возник вопрос о профессоре Преображенском?
Дело в том, что появился новый – для меня, по крайней мере, - претендент на роль прототипа. Читая материал для статьи про Веру Мухину, вышедшую на канале на днях, я наткнулась на предположения о том, что именно ее муж Алексей Андреевич Замков, известный врач, талантливый хирург и новатор, и был тем самым Филиппом Филипповичем.
А что же, воспоминания двух жен Булгакова – не в счет?
Ведь, согласно рассказам обеих дам, МА писал профессора Преображенского со своего дяди, брата матери, Николая Михайловича Покровского, вот что вспоминает по этому поводу первая жена писателя Т.Н. Лаппа:
«…Я как начала читать, сразу догадалась, что это он. Такой же сердитый, напевал всегда что-то, ноздри раздувались, усы такие же пышные были. Вообще, он симпатичный был. Он тогда на Михаила очень обиделся за это».
Но вот уж это ТН, конечно, зря сказала, откуда ей знать, ведь с МА они к тому времени уже расстались, а вот Любовь Евгеньевна Белозерская, которая как раз и была на тот момент женой, утверждает, что
«так и не узнал до самой смерти Н.М. Покровский, что послужил прообразом гениального хирурга…»
и я склонна верить ей, так как ситуация разворачивалась на ее личных глазах.
Так вот, что имеет добавить по интересующему нас вопросу Любовь Евгеньевна – Любанга, в домашнем варианте. В ее честь, кстати, названа собака Понтия Пилата, Банга. Она пишет про дядю Покровского:
«Он отличался вспыльчивым и непокладистым характером, что дало повод пошутить одной из племянниц: «На дядю Колю не угодишь, он говорит: не смей рожать и не смей делать аборt».
На Николу зимнего все собирались за именинным столом, где, по выражению М.А., «восседал как некий бог Саваоф» сам именинник. Жена его, Мария Силовна, ставила на стол пироги.
В одном из них запекался серебряный гривенник. Нашедший его считался особо удачливым…Бог Саваоф любил рассказывать незамысловатый анекдот, исказив его до неузнаваемости, чем вызывал смех молодой веселой компании».
А при чем тут муж Веры Мухиной?
Ну, допустим, эти две родственницы по мужу, не сговариваясь, решили, что Н.М. Покровский – это Ф.Ф. Преображенский – думаю, что не на пустом месте пришли они к этому мнению, оно было озвучено еще при жизни самого писателя.
Откуда же возникла версия причастности ко всей этой истории доктора Замкова?
А здесь все дело в профессиональной направленности героя: как мы помним, профессор Преображенский занимался экспериментами и операциями по омоложению, тогда как дядя Булгакова был просто-напросто известным в столице врачом-гинекологом, и ни в каких экспериментах гормонального или иного характера замечен не был.
Другое дело Замков.
Работая в Государственном институте экспериментальной биологии, он создал первый промышленный гормональный препарат — «Гравидан», который в феврале 1929 года Замков испытал на себе, обнаружив сильное тонизирующее действие.
По его собственным записям: «Будто выпил бутылку шампанского! Длился этот подъём, ну, дней 10. А подопытная фауна неистовствовала. Старый рысак, которого готовили к забою, после инъекции показал рекордную резвость. Всякая тварь крепла, плодилась и размножалась, как в раю».
Эксперимент признали успешным, а затем начали проводить клинические испытания на красноармейцах, лечившихся в госпиталях, и наркоманах, проходивших лечение в нервно-психической лечебнице.
Эксперименты показали значительный иммуностимулирующий и общетонизирующий эффект при широком спектре заболеваний и неожиданный положительный эффект в лечении наркотической зависимости. По результатам клиники исследования были признаны перспективными, однако в мае 1930 года работа остановилась.
В некоторых случаях были зафиксирован отрицательный эффект после введения гравидана. Так как каждый организм реагировал на препарат в высшей степени неодинаково, дозировка подбиралась исключительно индивидуально (Википедия).
Мы, конечно, понимаем, в какие времена жил Замков.
Поэтому неудивительно, что за запретом гравидана последовали и репрессии против его создателя – доносы, увольнение и, наконец, ссылка на три года в Воронеж. С конфискацией имущества. Так семья, благодаря народной власти, во второй раз лишилась всего нажитого непосильным трудом.
Однако и в жизни Замкова тоже был свой «Петр Александрович», помните, как в «Собачьем сердце»?
Поскольку сведения о необычном препарате, во многом благодаря усилиям Горького, дошли до высшего руководства, Замкова досрочно вернули из ссылки и назначили директором специально созданной лаборатории.
Его пациентами стали самые известные граждане - Молотов, Калинин, Клара Цеткин, Максим Горький.
Но, как и профессор Преображенский, Алексей Андреевич Замков не достиг желаемого результата: всего через пять лет его детище вновь закрыли, его самого подвергли жесткой критике, и закономерным исходом всех перипетий стал инфаркт.
Но ведь чтобы взять в прототипы доктора Замкова, писатель Булгаков должен был его знать.
Ну, во-первых Москва тогда была совсем маленькой, и люди одного круга, тем более одной профессии (врачи), несомненно были наслышаны друг о друге, в особенности, если Замков был не просто врачом, а новатором-экспериментатором.
А во-вторых, Вера Мухина близко дружила с Надеждой Ламановой, которая занималась костюмами для спектаклей МХТ, где Булгаков сначала появился как автор, а затем и вовсе «прописался», то есть вполне возможно, что через общих знакомых он мог знать Замкова и лично.
И что в сухом остатке?
Вполне естественно, что колоритная манера ФилипФилипыча, особенности характера и внешности были позаимствованы писателем у близкого родственника, которого он часто видел и неплохо знал.
А вот что касается направления деятельности врача-ученого, да и самой идеи омоложения – думаю, что, скорее всего это, как говорится, «носилось в воздухе», а писатель своим гениально чутким носом идею эту уловил.
Ведь молодой советской республике нужны были и вожди молодые, а на деле-то они уже так себе, тронутые молью, вот и хотелось им верить в волшебный «эликсир молодости», вот и поощряли они исследования на больную тему…
А что касается лично доктора Замкова и его причастности к ФилипФилипычу – думаю, что нет между ними связи.
Ведь по всему выходит, что «Собачье сердце» Булгаков написал в январе – начале февраля 1925 года, потому что уже 15 февраля состоялось первое чтение повести на квартире у Н.С. Агарского, а вот чудодейственный гравидан появился лишь в 1929 году.
Однако в утешение можно добавить, что другой член славной семьи Мухиной-Замкова, их сын Всеволод Алексеевич, навсегда остался в русской литературе по крайней мере своим именем: писатель Лазарь Лагин, автор «Старика Хоттабыча», назвал своего героя
Волька ибн Алеша
в честь того, что именно так он называл мальчика, приходя в дом своих добрых знакомых.
Другие публикации автора об интересных людях можно найти на канале и здесь : #persona grata рт
Если Вам было интересно, поддержите канал. Буду признательная за лайк, комментарий, подписку