Найти в Дзене
Книга Светы

Алиса смотрела в зеркало на своё потрескавшееся от морщин лицо

Тусклый взгляд, в котором уже не отражался ни один огонёк и поплывшие вниз губы с улыбкой Пьеро...
Господи, где та звонкая и смешливая девочка, что бежала по жизни с улыбкой и разгоняла стайки голубей? От неё осталась лишь бледная, унылая, расплывшаяся тень, которая готовит детям и мужу завтрак и не спеша бредёт на работу в банк. Алиса посмотрела на своё отражение в зеркале и попыталась улыбнуться. Губы из унылого смайлика выровнялись в тонкую ниточку, но так и не перешли в улыбку. Из глаз покатилась одинокая, как и она, слеза. Алиса уже не была способна на полную гамму чувств. Устало смахнув скупую слезу, женщина взяла себя в руки - ведь так положено взрослым девочкам, и уныло побрела в подвал. Надо подготовиться к Новому году. Сын в этом году поступает, а дочь, хоть и давно живёт с парнем и плюёт на родительские нормы, обещала быть. Возможно, это будет последний раз, когда вся семья соберётся вместе у потрёпанной искусственной ёлки. В подвале сумрачно, пахнет плесенью. На полках цар

Тусклый взгляд, в котором уже не отражался ни один огонёк и поплывшие вниз губы с улыбкой Пьеро...

Господи, где та звонкая и смешливая девочка, что бежала по жизни с улыбкой и разгоняла стайки голубей? От неё осталась лишь бледная, унылая, расплывшаяся тень, которая готовит детям и мужу завтрак и не спеша бредёт на работу в банк.

Алиса посмотрела на своё отражение в зеркале и попыталась улыбнуться. Губы из унылого смайлика выровнялись в тонкую ниточку, но так и не перешли в улыбку.

Из глаз покатилась одинокая, как и она, слеза.

Алиса уже не была способна на полную гамму чувств. Устало смахнув скупую слезу, женщина взяла себя в руки - ведь так положено взрослым девочкам, и уныло побрела в подвал. Надо подготовиться к Новому году. Сын в этом году поступает, а дочь, хоть и давно живёт с парнем и плюёт на родительские нормы, обещала быть. Возможно, это будет последний раз, когда вся семья соберётся вместе у потрёпанной искусственной ёлки.

В подвале сумрачно, пахнет плесенью. На полках царит город из заботливо подписанных маркером коробок:

  • Одежда Насти 0-4 года.
  • Одежда Бориса 0-5 лет.
  • Новый год и маскарадные костюмы.

И ничего о ней.

Алиса замирает у коробок и не знает куда двигаться дальше. Зачем она пришла? Ах, да. Достать ёлочные украшения для дома. Ёлку достанут позже. Когда все соберутся. Но соберутся ли?

Женщина сворачивается в клубочек, садится на пол промозглого подвала и горько плачет.

Когда она потеряла себя? Когда растратила на других? Где та звонкая, озорная Лиса, что не давала себя в обиду? Её не осталось? Или она похоронена под кучей обязанностей, дел и привычек? Алиса не знала.

Она раскопала в груде коробок ту, что искала и внезапно на неё выпала старая, почерневшая и отсыревшая коробка. Откуда она взялась? Не известно. В этой коробке лежала пожухлая клеёнчатая тетрадь и плюшевый, потрёпанный, любимый мишка. Видно их сохранила ещё мама.

В пожелтевшей тетрадке была анкета для девочек. Загнутые уголки, веточки сухих цветов и мечты подруг, растворившиеся в амбициях и желании достичь успеха, либо как и у неё забытые в заботе о семье.

"Я мечтаю стать парикмахером! Делать женщин красивыми, чтобы глядя на себя в зеркало после моей стрижки они всегда улыбались и нравились себе!"

- прочитала Алиса свою детскую мечту и расплакалась. Она раскопала себя. Не ту, что работает в банке кассиром от звонка до звонка и уныло бредёт домой. А истинную, настоящую себя.

-2

Женщина вспомнила, как в детстве красила волосы куклам синькой для белья. Гуашь слишком сушила волосы и превращала их в крашенные веточки. Приходилось отмывать куколок хозяйственным мылом в железном тазике.

А однажды Алиса постригла себя. Да так, что мама онемела от ужаса. Пришлось срочно бежать к знакомой тёте Лене и приводить голову в порядок.

Вспомнив эту историю, женщина рассмеялась. Сначала робко. Как бы пробуя смех на вкус. А потом залилась безудержным хохотом. Смех гулко разнёсся по пустым коридорам подвала, вернулся обратно и разбился о коробки. Из глаз снова покатилась слеза. Но она уже была совсем иной. Так как предвещала иную, счастливую жизнь.