Полиартрит у меня был и лежал я в больнице. Отпустили в субботу в баню. Иду, кости в суставах больно. А на охоту то охота! Одел рубашку, олимпийку и халат- моя форма одежды зимой. На ноги тёплые шерстяные носки и болотные сапоги. Когда идёшь, ноги не мёрзнут. Одел патронташ, фуфайку, на белую вязаную шапочку каску, привязал чехол с ружьём на мотоцикл "восход" и поехал в горы, где знал все лисьи норы. Снег ночью выпал , но сапоги не скрывал. Доехал на мотоцикле до Жареного лога, приклонил его к кусту, заехав от дороги как можно дальше. Там у нас все горы сходятся вершинами- Орлиная, Осипова,Караульная через лог. Жареный лог сходится вверху со Светлым. Лисам полное раздолье, бегать там от норы к норе. Прошёл в вершину Жареного, пошёл по гребню горы в сторону Каменистого лога. Там лисьи норы и лисы лежат на камнях. Стал туда спускаться и увидел лису. Гора, по которой я шёл- высокая, а под ней к Каменистому логу по верху простирается длинное поле . Оно как вытянутый в длину блин лежит по верху . У нас же поля в горах есть, где ровней и пшеницу сеяли. И вот лежит эта лиса на краю этого поля. Я к ней крадусь, используя складки местности. Вроде подкрался- а она услышала и подняла голову. А у меня двухстволка, в одном стволе всегда картечь, в другом дробь. Ближе крастись смысла нет-услышала. Бахнул, она подскочила и бежать вдоль поля по его краю. Когда ветер дует, он сдувает с края поля снег и его там всегда меньше. А лиса об этом знает. Посмотрел я на время- привычка у меня такая- засекать час своих "злодеяний". И вот бегу за ней, ружье курковку свою открыл- патрон на ходу другой вставить. Гильзу вытащил, выкинул, вставил картечь. Думаю-в другом то стволе дробь, решил и туда картечь вставить. Патрон то вытащил- а дробь то от выстрела картонную прокладку сдвинула и эта дробь сыплется мне в затворный механизм. Ружьё я закрыть не могу- она там не даёт. Так с переломленным ружьём и бежал за ней 35 минут. Бежит она по кругу по краю поля и я её постепенно догоняю. Пушистый снег не даёт ей быстро бежать. Поле было вспахано и по кочкам больно бежать. Она ещё обманула меня- перебежала в узкой части этого растянутого блина на ту сторону, а мне пришлось бежать по кругу, по не вспаханному краю. И вот поле своим кругом примыкает к горе, с которой я спустился. Она сворачивает и бежит в гору, в крутяк. Это "сиверная" сторона горы, поросла чахлыми берёзками кое-где. И вот она всё ближе, я делаю рывок из последних сил, догоняю, догоняю...Она поняла, что не убежать-сворачивает к берёзкам и катится под кручу на боку. Я делаю усилие и щучкой ныряю следом. Скольжу по снегу на животе, догоняю её, дотягиваюсь и ложу на неё ружьё, тяжело запалённо дыша. Лиса лежит, прижавшись боком к преградившей ей путь берёзе, не шевелится. Немного отдышавшись я переворачиваюсь на снегу и ложу на неё ногу. У меня мокрый даже халат. Гляжу-зашевелила ушами. Встаю, вдавливаю её в снег. Халат у меня замёрз и стал как панцирь. Кое как поднимаюсь на вершину горы, иду по гребню к мотоциклу. Рукава у халата не гнутся, кое как одеваю поверх него оставленную на мотоцикле фуфайку. Разбираю ружьё, отстегнув от него цевьё. Ещё пол часа мёрзну пока еду и- дома. Утром как на ходулях возвращаюсь в свою палату и меня продолжают лечить...
