Правосудие для олигархов или как энергетики отнимают недвижимость у простых людей

Правосудие для олигархов или как энергетики отнимают недвижимость у простых людей

Эта история начиналась вполне благопристойно и мирно. В первых числах 2019 года житель, в ту пору, сельского поселения Мурино Ленинградской области Дмитрий Фильков увидел на одном из интернет сайтов по купле-продаже недвижимости предложение о продаже нежилого помещения некоей гражданкой Дарьей Ершовой. Так как эта недвижимость, расположенная в цокольном этаже девятиэтажного жилого дома поселка Мурино, находилась достаточно близко от его места проживания, а Дмитрий, будучи предпринимателем, нуждался в помещении под офис своей компании, он созвонился с продавщицей, затем встретился с ней, и договорился о сделке. 

Предложенная сумма за покупку была полностью переведена на счет Дарьи официально через банк, договор составлен и исполнен, сделка состоялась, переход права собственности зарегистрирован Росреестром в том же январе. 

Однако жизнь не стоит на месте. Станция метро, развитая сеть наземного транспорта, бурное строительство соцобъектов, предприятий и жилых зданий, низкая ставка по ипотеке для молодых семей, резко повысили привлекательность Мурино. Десятки тысяч семей и одиноких россиян решили здесь поселиться. В результате число жителей значительно увеличилось, посёлок областным законом в апреле 2019 года получил статус города. 

Но не только простых людей привлекает этот населенный пункт. Внезапно одно из подразделений Петербургской Сбытовой компании, входящей в холдинг «Интер РАО», бизнес которого охватывает производство и сбыт электрической и тепловой энергии, заинтересовалось недвижимостью именно в этой девятиэтажке по адресу Мурино, улица Шоссе в Лаврики, дом 34. 

Петербургская Сбытовая компания, инициировав процедуру банкротства бывших собственников помещений в упомянутой девятиэтажке, сначала посредством арбитражного управляющего попыталась в судебном порядке отобрать соседнее с объектом Дмитрия Филькова помещение аналогичной площади, якобы, приобретенное по заниженной стоимости. Суд отказал в признании сделки недействительной. 

Дмитрию в этом плане не повезло. Когда арбитражный управляющий инициировала процесс по оспариванию его сделки с помещением, арбитражный суд всю судебную корреспонденцию по этому делу отправлял по несуществующему адресу. Несмотря на то, что все письма возвращались неполученными, суд, в нарушение требований закона, не перепроверил, а по правильному ли адресу направляются письма? 

Чтобы убедить арбитражный суд в своей правоте арбитражный управляющий представила в суд недостоверный отчет о рыночной стоимости помещения. Якобы оно было куплено в 2 раза дешевле рыночной. Вот только оценка была проведена не по ценам января 2019, когда состоялась купля-продажа даже намного выше кадастровой стоимости, а августа 2020 года без поправки на уровень инфляции, возросшего спроса и стоимости. А составил этот рост 29% за прошедшие 18 месяцев. Недобросовестность оценщика также прошла мимо внимания судьи. 

Все вскрылось, когда помещение уже было выставлено на торги, и, к удивлению Дмитрия, пришли его осматривать новые покупатели. 

Дмитрий обратился с апелляционной жалобой в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в надежде, что серьезная судебная инстанция исправит ошибку. 

Но судья Тринадцатого арбитражного апелляционного суда без вызова сторон, рассматривая его доводы, не обратила внимание на противоречие в стоимости помещений Дмитрия и соседнего с ним равного по площади помещения, а также посчитала, что суд первой инстанции отправлял письма по правильному адресу. Номер дома Дмитрия 16/9 (двойной номер дают дому, когда дом угловой), а суд направлял почту по номеру дома 16 корпус 9 (когда в доме аж 9 отдельно стоящих корпусов). 

Почему судья Тринадцатого арбитражного апелляционного суда при наличии в деле паспорта Дмитрия с отметкой о регистрации посчитала что «косая черта» - это обозначение корпуса, загадка. 

Возникает вопрос: если судья не знает порядок написания реквизитов адреса, не утрудила себя проверкой вложенных документов рассматриваемого вопроса, если берется за дела, связанные с ее родственниками, вопреки очевидности (в открытом доступе в Интеренте мы смогли найти биографию судьи), не является ли это основанием сомневаться в ее беспристрастности при рассмотрении данного спора? Может это стремление вопреки законным правам и интересам Дмитрия и за его счет наполнить конкурсную массу должника, чтобы компенсировать свои убытки, ведь Ершова Дарья, деньги, полученные от продажи помещения, как можно сделать вывод, от своих кредиторов спрятала? Вопрос остается открытым.

Мы надеемся, что кассационная инстанция исправит очевидные ошибки нижестоящих арбитражный судов и восстановит справедливость.