Невероятно, но факт: населения бывшего СССР на момент Крымского противостояния было искренне уверено в том, что все противоречия, которые существовали между коллективным Западом и странами Восточного блока ушли в прошлое.
Поскольку жители России не соотносили себя на тот момент ни с режимом, ни с властью, враждебность со стороны Запада, они воспринимали как не имеющую к ним лично никакого отношения, и никто не замечал, что слово «русофобия» уже давно появилось в западных академических словарях.
РАДВАНИ:
Меня поразило в свое время письмо Стендаля, который приехал в Россию с Наполеоном в 1812 году. То, что он описывает – ужасно. Да обстоятельства его краткого визита были специфическими, но он пишет, что потрясен грубостью и дурными манерами русских. Мы, люди, знающие русскую культуру, понимаем, что это абсурд, но тем не менее это было так.
В отличии от Запада у нас тема врага становилась актуальной лишь в моменты войны. В мирное же время никаких враждебных чувств к соседям в России не испытывали, испытывали только интерес.
ИВ ПОЦЦО ДИ БОРГО:
Когда я стал сенатором, мы еще очень плохо представляли себе Россию, и мне как новичку дали в работу текст, которым никто не хотел заниматься. Он касался виз, которые мы выдавали россиянам. Чтобы разобраться с ним, я вызвал к себе министра внутренних дел и министра иностранных дел и поинтересовался у них, сколько вообще виз мы выдаем россиянам? Министр иностранных дел мне ответил, что больше всего виз –– порядка 400 тысяч в год –– мы выдаем именно россиянам. Оказалось, что русские искренне интересуются западной культурой, и это тронуло меня до глубины души. Я просто поверить не мог этим цифрам! То было время, когда российские олигархи любили посещать в Европу в компании красивых дам, имидж у России из-за этого был карикатурный, поэтому никто и не замечал, как обычные россияне тянутся к Европе и Франции. Я спросил тогда у министра внутренних дел, возникают ли у его ведомства проблемы с безопасностью или нелегальной эмиграцией в связи с таким потоком приезжих из России? Он ответил: «нет, никаких проблем». Тогда я предложил: «А давайте отменим визы с Россией!». Министр иностранных дел сразу поддержал эту инициативу, министр внутренних дел тоже не возражал.
В день, когда Саркози был избран президентом, я подал рапорт с прошением об отмене виз с Россией. Речь шла, разумеется, об отмене виз со всем Евросоюзом, поскольку Франция входит в Шенген. Саркози эту инициативу поддержал. В 2010 году в Довиле, если не ошибаюсь, состоялась встреча президента Саркози, мадам Меркель и президента России, которым на тот момент был Медведев. Первым пунктом в повестке дня стоял вопрос об отмене виз. Саркози и Медведев сразу сказали, что они «за», оба поддержали идею сближения России с Европой, но Мадам Меркель заблокировала эту инициативу. Я знаю все это потому, что лично занимался этим вопросом.
Пробить неприязнь и настороженность коллективного Запада к русским мог только личный опыт.
ЖЕРАР ДЕПАРДЬЕ:
Впервые я приехал в Москву в 1982 году, если не ошибаюсь, в самом начале перестройки. И я сразу пожалел, что не сделал этого раньше, потому что был как нынешние интеллектуалы, которые издалека все отвергают.
…
И я жалею, что не приезжал раньше. За что я наказывал людей, которые любят кино и смеются над моими комедиями? При чем здесь режим, при котором они жили? Это просто абсурд… Я не должен был наказывать своего зрителя, который просто хотел развлечься. Но понял я все это гораздо позже. Видимо, надо быть полным идиотом, чтобы поумнеть лишь дойдя до точки…
Кстати, раньше ту же Украину европейцы называли «чердаком России». В романах Бальзака она часто упоминается как часть Российской империи, да и Эвелина Ганская, с которой Бальзак переписывался 18 лет, и которая стала его женой незадолго до его смерти, тоже была российской подданной...
Все нынешние проблемы с Россией от отсутствия знаний, культуры, все это результат того, что я презираю больше всего на свете – невежества. Все двери восприятия захлопываются. И школа тут не спасает – отличники обычно самые зашоренные...
ДЖОАННА СТИНГРЕЙ:
Я с детства слышала о России как об очень опасном месте. Когда мне было года четыре или пять, дело было в шестидесятые, мой отец решил снять документальный фильм, хотя режиссером не был. Он сидел в своем кабинете, и монтировал фильм «Правда о коммунизме». Папа был убежден, что коммунизм – зло, и постоянно повторял мне: «не стремись за железный занавес, это страшное, ужасное место!» Ну и когда я выросла произошло то, что должно было произойти, ведь если родители говорят «не делай этого», хочется немедленно это сделать.
После первого же приезда в марте 1984 года я стала одержимой Советским Союзом.
Спустя годы и мой отец посетил Россию. Это было ужасно смешно. Он так сильно был настроен против коммунизма, что приехал лишь в 1993 году. Помню, как он шел по улице в окружении моих фанатов, улыбался, а потом сказал мне: «Знаешь Джоанна, а ты была права, русские такие же как мы и они замечательные!». Тот день был одним из лучших в моей жизни!
МОНТЕСКЬЮ:
Когда страну видишь своими глазами, это меняет представление. Надо увеличивать поток туристов, но надо и медиа заниматься, активнее опровергать ложную информацию, делать это быстро и в расчете на западное восприятие. Это важная работа. Я как-то услышал от русских дипломатов, что имиджем страны занимается американское PR агентство. Но как можно вору отдавать ключи от своей квартиры!