В известном смысле колоритная история генеральши Анны Керн чем-то напоминает другую — к слову, тоже генеральши Аграфены Закревской. И обе довольно характерны для той эпохи. В подтверждение есть соблазн продолжить ряд женских имён Анна и Аграфена именем Екатерина. Нет, в самом деле, эскапады начала XIX века будут неполны без упоминания знаменитой покорительницы мужских сердец княгини Екатерины Павловны Багратион (урожд. Скавронская). Блистательная жена генерала Багратиона, знакомого всем как героя-полководца Отечественной войны 1812 года, примечательно, с равным успехом совмещала три занятия: наслаждалась победами на любовных фронтах, была профессиональным агентом влияния в европейских странах и шпионила в пользу России.
Всё началось осенью 1800 года, когда 18-летнюю фрейлину, голубоглазую, блиставшую умом, самую живую из красавиц Петербурга, внучатую племянницу князя Потёмкина, император Павел I решил выдать замуж за 35-летнего генерала Петра Багратиона. У монаршей прихоти было сразу несколько причин. Во-первых, браком с юной красавицей император по окончании удачных гатчинских манёвров решил отблагодарить любимого генерала за службу, вроде как преподнести ему девушку в качестве своеобразного царского подарка. Во-вторых, Багратион не отличался красотой и в его внешности ярко проявлялся своеобразный кавказский колорит. Тем самым классическая красота Екатерины Скавронской должна была скрасить природную «ущербность» замечательного служаки. В-третьих, Павел I, как и многие российские императоры и императрицы, любил устраивать судьбы придворных. Наконец, опять возникает имя Потёмкина, но комментариев на сей счёт, думаю, уже не требуется.
Для обоих брак оказался полной неожиданностью. Быть покорной женой некрасивого мужа, который к тому же постоянно занят тем, что добывал себе славу в сражениях, Екатерина Павловна не пожелала. И она (тогда это был стандартный мотив — на лечение) отбыла в Европу, где за ней утвердилась слава отчаянной покорительницы сердец самых влиятельных мужчин того времени. Красавицу, не пожелавшую жить с мужем, современники-соотечественники наградили прозвищем «блуждающая княгиня» и язвили, что она «создала себе второе отечество в собственной карете». Язвить они могли сколько угодно. Меж тем на Западе о ней вели совсем иные разговоры. Гёте о княгине, которая в свои 30 лет выглядела как 15-летняя девушка, писал:
«При всей красоте и привлекательности она не могла не собрать вокруг себя замечательного общества. Чудный цвет лица, алебастровая кожа, золотистые волосы, таинственное выражение глаз…»
Европейцы (молва о Екатерине Багратион ходила по всей Европе) предпочитали обсуждать не её нравы, а наряды. Красавица обожала носить платья из полупрозрачного индийского муслина, откровенно облегающего её формы. За что зарубежные поклонники называли княгиню Le bel ange nu («прекрасный обнажённый ангел»). В Вене она устроила салон, куда стекались сливки общества, по странному стечению обстоятельств не одобрявшие политику Наполеона. От них хозяйка знала секретов больше, чем все вместе взятые сотрудники российских посольств, которым это полагалось по роду деятельности. Поговаривали, что не без влияния княгини австрийское посольство объявило бойкот Наполеону. Да что там посольство! Спустя годы Екатерина Павловна вспоминала, как она уговорила любовника дать согласие на вступление Австрии в коалицию против Наполеона. Кто этот любовник? Им был сам министр иностранных дел Австрии Клеменс фон Меттерних. Она даже родила в 1810 году от него дочь, назвав её Марией-Клементиной.
Героями её романов становились то саксонский дипломат Фридрих фон Шуленберг, то принц Вюртембергский, то лорд Чарльз Стюарт, то принц Людвиг Прусский, то граф Станислав Потоцкий… Если верить полицейским отчётам, подобные «проделки» случались часто. Склонность к политкорректности Европа проявляла уже тогда, поэтому про безграничную чувственность Екатерины Багратион говорили почти что поэтическим языком: «Княгиня очень переменчива». Хотя обычно в отчётах парижская тайная полиция изъяснялась более прозаично: «Эта дама очень известна в высшем обществе, благодаря политическому влиянию и кокетству».
Пётр Багратион, у которого, можно увидеть, счастливой семейной жизни, как о том мечтал император, не получилось, не единожды звал супругу обратно в Россию. Но возвращения к нелюбимому мужу не состоялось. И тогда император, уже Александр I (такова одна версия) делает любимому ученику Суворова свой царский подарок. Выходит монарший указ, по которому Клементина, объявляется законным ребёнком Багратиона. Есть и другая версия. По ней император лишь оказал на генерала давление, и Клементина, дочь Меттерниха, была записана самим мужем Екатерины законной в роду Багратионов. В 1812 году от ранения на Бородинском поле Багратион умирает. А несколько позже его вдова, Екатерина Багратион (которая была, к слову, любовницей Александра I тоже) получит орден за заслуги перед Отечеством. В 1814 году на балу, устроенном по случаю Венского конгресса, император публично благодарил княгиню за ценную информацию, которую она поставляла в ходе французских войн.
В 1830 году в 46 лет она вторично вышла замуж, стала женой английского генерала и дипломата Карадока, лорда Хоудена, который был младше её на 16 лет. При этом сохранила свою фамилию. Впрочем, вскоре и с новым мужем начала жить раздельно. Она скончалась в возрасте 73 лет и была похоронена в Венеции, оставив вечной памятью о себе слова, сказанные Оноре де Бальзаком: «Своего рода женщина-загадка, полурусская парижанка, полупарижская россиянка! Женщина, у которой выходят в свет все романтические произведения, не появляющиеся в печати, самая красивая женщина в Париже, самая обольстительная».
Слова «самая обольстительная» не должны у читателя вызывать улыбку. Чего-чего, а обольстительных женщин отечественная история, действительно, знала немало. Екатерина Багратион была вовсе не единственной женщиной, в судьбе которой тесно переплетались любовные отношения, интрига и судьбы европейских стран. Одни таким образом выражали свою нелюбовь к навязанному мужу, другие — поступали так из любви к искусству, третьи сочетали и первый, и второй мотив, добавляя к ним чувство патриотизма.
Уважаемые читатели, если статья понравилась, голосуйте и подписывайтесь на мой канал. Буду признателен за комментарии. И читайте мои предыдущие эссе о жизни Пушкина (1 — 24) повествования «Как наше сердце своенравно!»