Продолжение
Особую роль в жизни старожильческого населения левого берега Терека играли духовные традиции, унаследованные от своих прадедов. Так, гребенские казаки долгое время отмечали наступление Нового года 1 сентября и гораздо позже перешли на общепринятый календарь, под влиянием соседей из ближайших станиц. К тому же с наступлением Крещения связывали не наступление трескучих морозов, как во внутренних губерниях страны, а поворот к весне, что связано и с собственным сельскохозяйственным календарем, во многом отличном от российского.
Календарная обрядность занимала важную сторону жизни большинства станичников. Наиболее популярными являлись зимнее-весенние праздники, основное предназначение которых являлось обеспечить продовольствием казачьи семьи на ближайший год, а также замолить благополучие и здоровье. Подобные обряды включали в себя гадания, всевозможные игры, обильные застолья, одарение близких, магические обряды и др. Промежуточное положение между зимними и весенними гуляниями занимала древнейшая Масленица, которая во многом отличалась от общепринятой во внутренних губерниях России. Праздник сохранившийся еще с языческих времен, встречался на левом берегу Терека ружейной стрельбой, чему Войсковое начальство неоднократно противилось, переодеванием в медведя, взятием снежного городка и др.
На левом берегу Терека «держать и брать город» на Масленицу сопровождался призовыми скачками и джигитовкой, на которых молодежь могла продемонстрировать свою удаль. По окончанию состязаний начиналась наиболее зрелищная часть праздника, записанного уже станичным учителем гораздо позже, но основные моменты отмечены точно. После того, как девушки завершали обрядовую песню, то юноши в конном строю атаковали их, находившихся на возвышенностях и вооруженных длинными прутьями. Парням, вырвавшимся вперед доставалось крепкие удары и они, как правило не выдерживали и отскакивали обратно. Песня вновь возобновлялась и по ее завершении, казаки вновь штурмовали строй девушек, получая все новые ссадины и ушибы. Зачастую все жители станицы собирались, чтобы полюбоваться на опасную забаву молодежи и выделить среди них самых боевитых. Игра завершалась только после того, как одному из юношей удавалось всего лишь дотронуться до девушки, после чего он на некоторое время становился объектом внимания.
В каждой семье пекли блины, как древний символ Солнца и угощались ими всю неделю. Хозяйки всячески старались перещеголять одну другую и изощрялись в составлении рецептов, из всех доступных в порубежной станице ингредиентов. В последней день масленичной недели станичники отправлялись по родственникам, а затем и по соседям, но не для застолья, а просить прощение, за совершенные в минувшем году обиды. По стародавнему обычаю в этот день никому нельзя было отказывать и примирения достигали все, иначе на отказника смотрели с явным неодобрением. Считалось, что только разрешив все недоразумения, можно с открытым сердцем приступить к говению, накануне Великого поста.
Большое значение в повседневном быту и жизни имело знание и астрономии, т.к. механические часы были огромной редкостью среди станичников. Князь Г.Г.Гагарин, проживший среди гребенцов ни один год отмечал, что они достаточно точно определяли время по созвездиям и солнцу. Вместе с тем народная астрономия стала основой для многочисленных сюжетов казачьего фольклора и мифологии. Луна для них являлась красивой девушкой, а Солнце ее родной сестрой, между которыми происходили всевозможные взаимоотношения. Млечный путь для них воспринимался, как проторенный шляхт от края и до края земли, на котором путник просыпал муку и никак не может собрать ее воедино. Не менее мифические представления об обычных природных явлениях были долго распространены среди левобережного казачества. Гром объяснялся, как топот от несущейся колесницы пророка Ильи, сильный вихрь воспринимался, как танцем нечистых сил, а испепеляющий посевы ветер связывали с происками и дыханием дьявола, который всячески вредит истинным христианам (для большинства, это принадлежность к старообрядческой общине) и др.
К духовной культуре казачества относится и старинный обычай гостеприимства, но гостей принимали по разному. Одними из самых значимых являлись посетители ежегодных храмовых праздников, когда на станичной площади накрывались огромные столы для всех желающих. В эти дни в станицах был огромный наплыв посетителей, как из ближних, так и отдаленных селений Северного Кавказа. Даже в период военных действий с мюридизмом, станицы на левом берегу Терека считались и оставались во многом зажиточными. Постепенно веселье могло переместиться в дома станичников, где все было приготовлено для достойной встречи гостей. Поскромней принимали профессиональных бродяг, различных странников, беглых старообрядцев и т.п. В казачьих общинах не принято было задерживать или выдавать властям подобных пришельцев, но и отношение к ним было сдержанным. Желающим отправиться в дальнейший путь снабжали всем необходимым на несколько дней, а «ревнителям древнего благочестия» могли оказать приют и впоследствии отправить в один из старообрядческих скитов, которых имелось не мало на левом берегу или прямо на островах Терека. Почитатели Магомета, также могли рассчитывать на благосклонный прием в казачьих станицах, если прибывали с мирными намерениями. В подобных случаях домашний иконостас зашторивался, чихирь гостью не предлагался и ему предоставлялась возможность забить животину по своему усмотрению и обычаю.
В старожильческих станицах на левом берегу Терека существовали и иные обряды, которые имели свою неповторимую специфика. В гребенских общинах сохранились предания из такой седой старины, что исследователи с наступлением мирного времени, приступив к записям, поражались и не скрывали своего удивления и восхищения.
Продолжение следует. Подписывайтесь на канал, ставьте лайки, будем вместе продвигать честную историю.