Насильник Мохов. Часть 2. Клоуны и пид....сы.

Мохов, особенно в заключении, придерживался гуманистических воззрений, последовательно выступая против кастрации педофилов и отмены моратория на смертную казнь. 

Несомненно, он пополнил современные истории успеха, при этом даже не посетив ни одного тренинга личностного роста и не посмотрев фильм "Секрет". Положив слесарский болт на запрет передвижения, Мохов практически сразу после освобождения лихо махнул в Нерезиновую на ток-шоу, где, по слухам, поднял несколько миллионов деревянных. Естественно, после такого дела не грех жениться и уехать на юга (о таких планах Мохов даже публично объявил). 

В насильнике даже взыграли отцовские чувства и он высказал желание увидеть детей, рождённых от него пленницей.  

Россия - действительно страна возможностей, что Мохов и подтвердил личным примером. Карьерный рост в России может быть голокружительным и слесарь-насильник из-под Рязани прямо с тюремной параши может прыгнуть в мир глянца и софитов. Впрочем, для наших реалий и это не предел: отсидевшие насильники п‌и‌л‌я‌т‌ ‌б‌а‌б‌л‌о‌, ‌к‌а‌к‌ ‌с‌в‌о‌л‌о‌ч‌и‌ и неплохо справляются с обязанностями региональных премьер-министров. Как знать, быть может, в высших эшелонах существует тайное петушиное братство.

Но не все ещё потеряно и происходящие безобразия до глубины души возмутили самого заправдного российского политика, который быстро сделал из кейса глобальные выводы. Россияне, по мнению Прилепина, от созерцания моховских бесчинств могут задуматься о «чем-то смутном» (неясно, мамлеевщину какую имел в виду Захар, или просто боится "как бы чего не вышло"). Смело экстраполируя кейс Мохова на всю 146-миллионную популяцию, писатель поведал: «я несколько раз писал, что современная Россия мучительно напоминает о советских фильмах, где показывали тлетворный Запад, с его проститутками, воинствующими геями, педофилами, с его удушающей рекламой и мерзостью. Запад оказался именно таким, нас не обманули. Но мы еще стали лучшим учеником этого Запада. Мы омерзительны". В качестве решения проблемы распространения моховщины и, возможно, удара по ней ежовщиной, было предложено ввести в стране временную (без уточнения, на какое время) диктатуру, «забить досками наглухо» телевидение и начать бороться с анонимностью в сети. Прилепин предложил оставить лишь каналы «Скрепы» и «Армия». 

Так что, коллеги, история продолжается и как часто бывает, общественная реакция на личность и деятельность серийного преступника оказывается ещё более неадекватной, чем сами его действия.

@paragnomen - история безумия в постнеклассическую эпоху